Кикимору вызывали?

Надо посмотреть на месте, но сдается мне, крови там будет сильно меньше, чем ожидается…

На бормотание напарницы сержант только вздохнул – знал, что в такой момент ей лучше не мешать.

Они быстро собрались, вышли из отделения и мрачно переглянулись – дежурной повозки опять не было. А пешком через весь город в Западный конец плестись не хотелось.

– Придется ловить… – вздохнул сержант.

Поскольку тратить скудное жалование на наемные экипажи ни Гомез, ни Карина не любили, им приходилось высматривать кучера, нарушающего правила, и требовать доставки к месту преступления в счет штрафа.

В своем районе владельцы экипажей давно поняли нужду сыскарей и порой даже предлагали подвезти, не дожидаясь придирок. Но сегодня им нужно было ехать на другой конец города, и это могло стать проблемой.

Карина оглянулась, фыркнула и, хитро сплетя пальцы левой руки, забормотала что-то себе под нос.

– Зеленка, только не это! – обреченным тоном заявил оборотень.

– А что ты предлагаешь, – буркнула девчонка, – до завтра пешком топать?

Вода фонтанчика забурлила, выплеснулась на камни мостовой и тут же сплелась в изящного тонконогого коня.

Гомез в который раз поразился волшебству, а еще тому, что вода в фонтане была ледяной и чистой, а вот конь получался каждый раз бурым и плотным, да ещё слегка пах торфом и тиной. Кикимора подошла к лошади, похлопала по морде и скормила кусок сыра, припасенный к обеду.

– Садись! – строго взглянула она на сержанта.

Гомез неохотно забрался на бортик фонтана, а уже оттуда плюхнулся на коня.

Не доверял он болотному чуду. К тому же сержант и сам неплохо бегал, но в городе оборотням запрещалось менять облик без особой причины. А несущийся по центральной улице волк – не то зрелище, которое оценят горожане.

Карина фыркнула, еще раз похлопала средство передвижения по морде и ловко запрыгнула перед сержантом:

– Вперед! – звонко скомандовала она, и лошадь, постепенно набирая ход, затрусила по улице.

Ехать без поводьев и седла – то еще удовольствие, но нечисть болотная прогулкой наслаждалась, так что сержанту приходилось терпеть и думать, а еще выдвигать предположения.

– Стражники ничего не написали про ценности. Может, это было ограбление?

– Зато написали про то, что все члены семьи, кроме бабки и младшей внучки, работали вне дома. Если бы хотели ограбить, проще было прийти утром, когда все уходят.

– Верно. Тогда зачем? Может, под домом зарыт клад?

– Тогда вообще незачем убивать.