Фантастические детективы

Владелец поспешно отдал необходимые распоряжения, и Харпер сосредоточил свое внимание на самом произведении искусства. Полотно было завораживающим видением, порталом в другой мир, и его очарование было неоспоримым. Он не мог не чувствовать странную, почти потустороннюю энергию, исходящую от него. Однако сейчас было не время для художественных созерцаний, нужно было раскрыть убийство.

Осматривая безжизненное тело, Харпер заметил, что рука жертвы сжимала маленькую окровавленную карточку. Он осторожно вырвал его из рук мужчины и прочитал загадочное послание, написанное плавным почерком: «Душа платит цену за свою одержимость».

Это сообщение вызвало у Харпера дрожь. Это было второе загадочное сообщение, с которым он столкнулся той ночью, и связь между двумя инцидентами невозможно было игнорировать. Казалось, что убийца сплетал сложное повествование о каждом преступлении, оставляя за собой след артистизма и загадки.

Детектив обратил свое внимание на зрителей, многие из которых все еще находились в шоковом состоянии.

Он знал, что где-то среди гостей скрывается виновник этого жуткого шедевра, скрытый той самой толпой, пришедшей полюбоваться искусством. Харпер был полон решимости распутать паутину интриг, окружающих эту галерею смерти, и привлечь художника этого темного полотна к ответственности.

Дождь продолжал лить снаружи, смывая грехи города, но внутри галереи остались пятна одержимости и насилия. Детектив Уильям Харпер вошел в мир «Элегии души» Антона Восса, и это было место, где жизнь и искусство слились воедино, одновременно красиво и пугающе.

Глава 3: Шепот из прошлого

Дни, последовавшие за ужасным убийством в художественной галерее, были сплошным пятном непрекращающихся расследований и непрекращающегося дождя. Решимость детектива Уильяма Харпера раскрыть дело горела, как маяк, но загадка, стоящая перед ним, только усложнялась. Жертва, которую опознали как Чарльз Харгроув, не имела очевидной связи с миром искусства или с Антоном Воссом.

Единственной нитью, связывающей их вместе, были загадочные сообщения, оставленные на обоих местах преступлений.

Офис Харпера превратился в импровизированную военную комнату, заполненную фотографиями с места преступления, профилями подозреваемых и красной нитью, соединяющей различные выводы на пробковой доске. Пока он излагал доказательства, в его голове эхом прозвучало имя, произнесенное шепотом из уст умирающего: «Лисандр».