Дикий. Его неудержимая страсть

– Ты прекрасно знаешь, что я не трахаю других! – слова пулями вылетают сквозь его сжатые с силой зубы.

– Тогда просто представь, что однажды бы я пришла домой пропитанная мужским запахом.

– Ты работаешь в клубе, Рина, от тебя не может не разить разного рода запахами.

– Да? Тогда в ближайшее время я тебе продемонстрирую как это – пахнуть коктейлями, которые я смешиваю на баре, или мужиком и тогда посмотрю, как ты будешь спокойно закрывать на это глаза.

Все, что я успеваю, это взвизгнуть.

Матвей рывком дергается ко мне и толкает вперед. Спиной больно ударяюсь о стену, когда Кешнов обхватывает шею пятерней и впечатывается своим телом в мое. Его пульс на максимуме, вровень с моим. Щетина утыкается мне в щеку и колет, тяжелое дыхание решетит висок.

– Не смей, – шиплю, чувствуя, как сильная рука сдергивает вниз шорты вместе с трусами, а потом ладонь обхватывает лобок собственническим жестом.

Внутренняя дрожь пробивает живот, и магма возбуждения извергается с мощным всплеском.

– Ты стала думать не о том, Риии, – рычит говнюк, силой поднимая мое лицо и вгрызаясь в рот жестким поцелуем.

Я больше не чувствую ни женских духов, ни каких-либо других инородных запахов. Мысли расплываются в серое пятно. Жадно впиваюсь в крепкие плечи ногтями и целую в ответ. Дико. Жадно. Как и всегда, плавясь под напором этого сумасшедшего.

Боже, как же я ненавижу этого засранца. Как люблю! Эта любовь, словно одержимая болезнь, зависимость, хроническое безумство, способное однажды безжалостно высосать нас обоих до капли.

Но сейчас, когда его губы хаотично спускаются по моей груди вниз, минуя живот, царапая кожу жесткой щетиной, я смотрю на него сверху затуманенным взглядом и захлебываюсь от жадного восторга. Мой такой. Бешеный. Дикий. Только мой.

Стащив с меня одежду, Матвей покрывает поцелуями, смешанными с жалящими укусами, мои бедра, лобок, заставляя громко стонать и извиваться, подставляя новые участки тела под его болезненные ласки.

Треск футболки разносится по коридору, а потом мои соски сжимаются под давлением его зубов. Я дергаюсь и вскрикиваю. Электричество несется под кожей.

Мои собственные руки лихорадочно гладят широкие плечи, ногти скребут шею, а пальцы впиваются в короткий ежик волос на затылке. Хочу его внутри. Мне так его не хватает последнее время. Слишком мало. Катастрофически.