Провальные каникулы

Я снова рассмеялась.

– Есть. Для тебя даже два!

– Уууу. Мой день удался! Как же я все–таки рада, что ты приехала, чика!

Спустя минут пять мы остановились у маленького зеленого домика. В принципе, ничем не отличающегося от остальных в Ла Перле.

Покошенный с одного бока, с небольшим окошком у обшарпанной двери. Если бы я не видела его раньше, то глазам бы не поверила, что здесь можно жить. Но Эля готовила меня. Показывала фото дома своей бабушки, в котором мне придется остановиться. Так что я знала, что меня ждет.

Правда, когда видишь это в реальной жизни, становится немного жутковато.

Сидя в своей комнате, со всем комфортом развалившись на мягкой широченной кровати, кажется, что сможешь справиться и с такими условиями, но сейчас… сейчас я поняла, что привыкать к душу, огражденному лишь одной шторкой от остального пространства в доме, будет сложно. Хорошо хоть унитаз спрятан за неким подобием двери (если фанерную доску, которую нужно отодвигать и придвигать, можно вообще так назвать).

Совсем низкий потолок не дал бы возможности высокому человеку стоять здесь ровно.

Благо, мой рост был средний, так что биться головой о висящую на потолке лампу не буду. Бежевые выцветшие обои, стол, покрытый вышитой красной нитью белой скатертью, на удивление чистой. На нем стаканы и железный кувшин с водой под полотенцем.

– Располагайся! Mi casa es tu casa. («Мой дом – твой дом» – перевод с исп.) Плюхнувшись на скрипучий диван, Эля поджала под себя ноги, и уже жевала сникерс, который, похоже, сама вытащила из моей сумки, пока я осматривалась.

– Эй! – я снисходительно качнула головой. – То же самое я должна сказать про сникерс, да? Mi snickers es tu snickers? – улыбаясь, я села рядом с ней и провалилась задницей до самых пружин. Эльвира не стеснялась своего дома. Она знала, что бабушка работает и обеспечивает ее всем, чем только может. На большее она даже не рассчитывала. У неё есть еда, крыша над головой, и подработка. Помогая бабушке на рынке, она зарабатывает те копейки, которые позволяют им влачить это существование не жалуясь, и радуясь просто тому, что живут.

Тем не менее, несмотря на всю бедность дома, здесь было удивительно чисто. Ни пыли на поверхностях мебели, ни вонючего запаха из унитаза и урны. На полу и столе ничего лишнего не валяется, ковер хоть и потертый, но ноги не натыкаются на крошки или прочую мерзость. Думаю, я привыкну! Буду помогать им прибираться и готовить, чтобы мой приезд не сильно напрягал добродушных хозяев.