Тайна кольца, или Здравствуй, род!

А мое желание подружиться с Виданой имеет совершенно иные мотивы, более прозаичные, нежели помолвка, но не менее важные.

– Слушайте, а что, за каникулы больше ничего не случилось? Все только вокруг меня крутится? Расскажите, чем вы занимались, – вмешалась я.

– Ну, Виданка, – рассмеялся Тим, – некоторые из нас все каникулы мечтали, что одна адептка с вредным характером и не менее вредным попечителем сменит гнев на милость и позволит свахе всей империи совершить доброе дело, доказав свою высочайшую квалификацию.

– А я вроде попросила оставить мою персону в покое.

– Ой, а я в гримерке Брюса Темнейшего была, – засветилась Тамила, – и в салоне Аннет и Людмилены. И нахожусь под таким впечатлением…

Все тут же развернулись к Тамиле, и девушки, среди которых было три незнакомые адептки, стали задавать вопросы. Сестренка с удовольствием и в красках рассказывала, осторожно обходя в упоминаниях меня, за что получила благодарную улыбку от меня и… Эжена, который внимательно слушал, делая при этом рассеянный вид.

– Как настрой на семестр? – тихо спросил Тим, – ты на каникулах хоть отдохнуть успела? Дядя говорил, что ты с головой в книги нырнула и выплывать не желала.

– Я много читала, – подтвердила я, – нашла столько интересного. Каникулы прошли плодотворно, а отдохнуть… знаешь, мне кажется, я отдыхать сюда вернулась.

– Виданка, ты чего творишь? Хочешь, как ваш Ольгерд одиночкой остаться? – разозлился адепт Никсон, – сложно было попросить? Забрали бы тебя развлечься.

– Тим, а ты чего разошелся, – раздался ледяной голос Карла, – пора бы и привыкнуть, что для нее самое желанное занятие – чтение книг.

– Угу, расскажи кому-нибудь другому, – парировал Тим, – мне известно, что она свои знаменитые лечебные настойки в деле опробовала и даже не на наших адептах-боевиках.

– Не слишком ли тебе много известно? – спросила, а сама подумала, догадается прикусить язык или нет? Догадался.

– Ой, ну да ладно, – примирительно начал Тим, – уже и пошутить нельзя, чего злиться-то.

Девушки не обращали на нас внимания, обменивались мнениями по поводу Брюса Темнейшего и по поводу столичных мод и о том, что дочь Хурина Мордерата Цецилия в очередной раз готовится выйти замуж.

– Я пойду к себе, уже поздно, – поднялась и двинулась к выходу из комнаты, – всем веселых снов.