Кормильцы, помощники, спасатели....(Книга о домашних животных)

Для них это была привычная рутинная работа – отюда, например, русские профессиональные фамилия Бойцов, Мясников, украинская Бойчук, еврейская Резник… Иначе, – "душевный напряг"…

Мой любимый крестник в пятилетнем возрасте жил с дедом и бабушкой на даче. Я приехал к ним в гости.

– Вот хорошо! – обрадовалась бабушка.– Поможешь цыплят прибрать.

– А дед что ж? Он же фронтовик, разведчик!

– Нет уж – тут попросили соседи его курицу зарубить, так он так разволновался, чуть палец себе не отрубил.

– Купили весной десяток цыплят, чтобы Ромке на даче веселее было – он за ними как наседка ходит. Поит кормит – "Цыпки мои цыпки!" А за пять то месяцов цыпки то эти как кони стали! Куда их в городе девать! А дачный сезон кончился!

Когда дед увел Ромку гулять " партизанскими тропами" с заходом на деревенскую конюшню, мы быстренько управились с бройлерами, ошипали и убрали в холодильник, чтобы не дай Бог Ромка не увидел и не догадался.

И то он, вернувшись, сразу спросил:

– А где мои цыпки?

Пришлось врать, что, мол, цыпки улетели в теплые страны.

Стая кур мимо пролетала, вот и наши с ними на юг подались…

– Что ж они со мной не попращались? – надул губы Ромка.

– Так некогда было. За стаей торопились. Они же сами то дороги не знают. Вот и помчались, с тобой не попращавшись…

Ромка успокоился, и нам показалось, что история с цыпками забудется. Но под Новый год, когда мы с ним наряжали ёлку, он вертя в руках какую то ватную елочную птичку, вздохнул:

– Где то теперь мои цыпки? Скучают обо мне, наверно.

Ну ничего, весной прилетят. Теперь уже скоро.

… И стало мне как то неловко. Как то нехорошо на душе. Цыпок то этих с дачи, дед с бабкой есть не смогли – соседям отдали. Я от них тоже отказался.

Весь мир обошла фотография с плачущим матадором Альваро Мунеро, который во время корриды не смог заколоть шпагой быка. Бык остановился и не стал нападать.

Они посмотрели друг на друга и человек отбросил оружие. На фотографии, сидит сжавших в комок сильный, красивый, храбрый, плачущий человек, а бык стоит перед ним, понимает и сочувствует… Ну что ж тут поделать, что мы часть биологической пищевой цепочки. Так предписано природой.

" Неужто наш дух никогда эту цепь не порвет,

Которой он связан, как пес, с конурою утробы?"

Вероятно, пока люди живы – никогда. Разница в другом.