Моя скрипачка

Выстраивая в единый ряд копошащиеся на одном месте мысли. Собирая в единую цепь мелодии клочки распознанных слухом звуков. Твёрдый карандаш вдавливал ноты в шероховатую бумагу. Грязная резинка размазывала его по листу, вместо того, чтобы стирать.

Вырвала один лист.

Написала ещё раз.

Начало – есть, конец – тоже, в середине пару тактов[10 - Та?кт – единица музыкального метра, начинающаяся с наиболее сильной доли и заканчивающаяся перед следующей равной ей по силе. В нотной записи такт – совокупность нот и пауз.

] и… Мелодия шла урывками, растворялись местами в мутной неизвестности.

«Вверх или вниз? Быстрее? Медленнее?»

Полный провал. Софье не удавалось вспомнить.

Последнее проигрывание.

«Нужно заполнить пробелы! Нужно! Нужно!»

Соня отчаянно вслушивалась, но мелодия предательски растворялась в воздухе, ускользая от неё, как песок сквозь пальцы. Не оставив следом ничего.

– Сдаём тетради! – Голос преподавателя раздался как приговор.

Софья сдала свою тетрадь вместе с другими.

Время застыло, сжавшись в одну точку, свербящую где-то между сердцем и разгорячённым мозгом.

«Ну кода же?! Скоро?!» – Соня беспрестанно ёрзала на стуле. Единственная в классе, пока преподавательница проверяла написанный диктант.

Через некоторое время тетрадь вернулась, проследовав от учительского стола к Софье по рядам. В развёрнутом виде. Нараспашку. Отметка – чёрной ручкой поперёк разворота – кол. Соня попыталась вдохнуть, но не могла. Ужас пробил насквозь и вывернул наружу невидимой рукой все её страхи.

Соня безрадостно отворила дверь, предварительно повоевав с заедающим замком. Дома – как обычно, было пусто. Мама – ещё не вернулась с работы, папа был в командировке. Не раздеваясь, прошла на кухню. Села за стол. Воспалённый слух слышал всё: шум ветра за окном, журчание воды по трубам, тиканье часов, треск отходящих от старых стен обоев. Софья зажала уши холодными руками. Ей не хотелось слышать больше ничего. Подняла глаза к тикающим на стене часам.

Чёрная минутная стрелка, подрагивая, медленно передвигалась по безупречно белому циферблату, чётко отсчитывая время. Одна минута, две минуты, пятнадцать… Входная дверь лязгнула замком через двадцать три минуты и двадцать пять секунд. Сначала Соня почувствовала аромат маминых духов – сладких, резких, потом услышала её звонкий голос:

– Чего не разделась? Я с утра полы намыла!

– Я туда больше не поеду! – Софья зажмурилась, сильнее прижав к ушам ладони.