Моя скрипачка

Он обошёл её и присел на письменный стол рядом с ней, мягко ответив упавшим голосом:

– Она – моя жена.

– Что? – произнесла Соня еле слышно.

– То есть… Моя бывшая жена. Мы с ней больше не живём. Всё это в прошлом.

– А почему…

– Я напрочь забыл об этом фото.

– Забыл? Как ты мог забыть?! Ты же пианист! Ты же каждый день на нём играешь! – Софья в порыве гнева махнула рукой в сторону молчаливо наблюдающего за ними фортепиано.

– Обычно я не занимаюсь дома. У нас давно был такой уговор, чтобы никого не раздражать.

Я к этому привык, и мне самому стало удобнее работать в консерватории.

– Я… Для меня… – Она не знала что думать и что ему ответить. Её не покидало ощущение, что она – всего лишь случайный прохожий, свернувший в какой-то момент не в ту сторону и невольно вторгшийся в чужую жизнь, в которой для неё совершенно не было места.

– Я понимаю, что со стороны это выглядит немного… – Он взял её руки в свои, поглаживая по выпирающим косточкам длинными пальцами.

– Мне пора. – Она отдёрнула от него руки как от огня.

 – Всё это… Как-то не правильно.

– Ничего не правильного. Мы уже в разводе.

Соня обернулась на фортепиано. Увядшие цветы (которых он ей ещё ни разу не дарил) говорили ей другое. Не смотря на это, ей не хотелось уходить. Этот человек за короткое время стал ей очень дорог. Тонкий. Чувствующий. Музыкант. А его карие глаза? Можно было опьянеть от одного их взгляда, от одной его обаятельной улыбки. Он был не похож ни миллионы других людей, толпящихся в метро, на улицах, живущих в таких же как и он панельных многоэтажках.

Не такой как все, как и она сама. Но она была уверена, что уйти нужно. Что-то подсказывало, что позже она уйти не сможет.

– Прости. – Она приблизилась к нему, вдохнула его горьковато-сладкий запах… Слёзы подкатили к горлу. Боясь расплакаться и показать перед ним свои истинные чувства – свою слабость, Софья выскочила из этой комнаты.

Забыв о лифте, она бежала вниз по лестнице, преодолевая один пролёт за другим. Ступая наугад, не видя ничего перед собой, из-за пелены слёз, застилающих глаза.

Глава пятая.

Маятник

Шло время. Один однообразный день сменял другой. Одиночество скреблось внутри острыми когтями. Выгрызало внутренности, обескровливало, выкручивало нервы. Не успев толком сблизиться, Соня скучала по НЕМУ невыносимо. Как по человеку, которого знала и любила беззаветно всю свою коротенькую жизнь.

Время постепенно стирало то, что ранее казалось очевидным.