Этот огонь – ты

Приходите, – обрадовалась Алесса.

– Только не я, у меня ночная смена, – сказала Ясмина.

– Мы тебя услышали, солнышко, – съязвил Енис, – у тебя смена.

Амина готовила яичницу-болтунью для четверых детей. Старая кухня дребезжала от каждого движения: пол возмущался тяжелым шагам женщины, плита скрипела, сквозь щели в окнах завывал ветер, а двери тумбочек открывались с жалобным писком, который дети пародировали, выкрикивая: «Уао-уэ-э-э». Амина ненавидела эту квартиру. Она много работала, подтирая старику задницу, и заслужила лучшие условия.

Не для себя, конечно, а для своих деток.

Амина разбила очередное яйцо, и оно зашипело на сковороде. Часть белка стекла на конфорку и присоединилась к толстому слою немытого жира. Девушка смотрела молча с чувством безысходности. Внезапно она ощутила злость. А что? Имела право: ее нагло обманули. Вонючий дед бесстыдно пользовался ее добротой и заботой, неужели он не понимал, что это не безвозмездно?! За все в этой жизни надо платить. Точно. И сестренка тоже заплатит.

Амина тряхнула сковородку, и половина яичницы вывалилась. Маленький Ибрагим закричал:

– Мама! Ты что, ошалела? Яишенка разбрызгалась! – и стукнул ее в колено.

Амина была уже на пределе и огрызнулась в ответ.

– Не говори так с матерью!

– Папа всегда с тобой так говорит! – возмутился мальчик и завыл как сирена.

Детский плач вызывал в Амине вину и сострадание, она тут же схватила мальчика грязными руками и подняла к себе.

– Прости меня, солнышко, мама просто на взводе, – сказала она, зацеловывая сына.

– Ты не на заводе, а дома. Глупая женщина! – Ибрагим вновь повторил слова отца, но Амина не разозлилась.

– Беги в комнату. Скоро будешь кушать, – она легонько подтолкнула его под пятую точку.

Нужно направить злость по адресу. Ася… какая же она тупая идиотка! Без нее было так хорошо все эти годы. Амина не сомневалась, что сестра заполучила дом каким-то хитрым способом. Но каким?! Может, она долго настраивала дедушку против них? Амины и ее деток.

А дед был глуповат и плохо соображал, его легко можно было науськать. Хотя это неважно… Амина не позволит ей отнимать дом своих детей. Он принадлежит им.

Сидя на стуле, Амина нетерпеливо переминалась с одной ягодички на другую, пока дети жадно поглощали яичницу, жалуясь, что та подгорела. Она хотела скорее отправить детей маме. Пусть следит за внуками, пока Амина займется делом. Аська ведь всегда была трусихой… Нужно как следует надавить, и дело в шляпе.