На белой стороне. Сборник рассказов

Но хватка у Леонида как у питбуля: теперь он не тот птенец, что в детстве! Перед глазами раздевалка школы. Противное лицо Игорька с глазами навыкат: он сбил Лёньку с ног и теперь сидел сверху, щедро раздавая пацану щелбаны:

– Ну что молчишь, суслик в сарафане? – мучитель громко загоготал, и его рыхлое, как холодец, тело затряслось под белой рубашкой. – Деньги есть, в последний раз спрашиваю?

А Лёнька никак не мог увернуться от ударов. И руками пошевелить тоже, потому что жиртрест придавил его к полу намертво.

– Да мочи его, Игорян! Пока никого нету, – подал голос конопатый Витька, стоявший у входа, на шухере. В голове у двенадцатилетнего Леньки от щелчков уже колокола заливались, выступили слезы и вместе с тем проснулась, словно дремавшая от жары собака в будке, ярость от унижений. Он изо всех сил плюнул в лицо громиле. Тот стал пунцовым, глаза, кажется, готовы были лопнуть! Что, не ожидал, падла? От злости Игорь подскочил и пнул Лёньку в живот, потом по голове.

– Не надо, не надо-о-о! – закричал мальчишка и услышал свой голос, как будто эхом в колодце.

В тот же миг взмокший Леонид почувствовал, как что-то дернулось в руках, и очнулся. Игорек под ним захрипел, но как-то еле слышно. Лицо посерело, рот удивленно открылся. Пальцы Леонида впились в шею жертвы, и тело вражины обмякло.

– Не надо-о-о, – в голове все звенел голосок из детства.

И тут вернулась Катерина. Она забыла у Игорька ключи от своей квартиры и по привычке открыла дверь друга: они встречались полтора года, и у девушки был свой комплект.

Когда она увидела Леонида на Игорьке, сразу протрезвела и заорала белугой во все горло. Прибежали соседи, вызвали полицию. Игорька спасти не удалось. А Леонид все стонал, обхватив голову трясущимися руками, и раскачивался из стороны в сторону, сидя в углу комнаты, как безумный. Ну а когда вернулся в реальность, скривился в недоброй усмешке и подумал: «Даже удавка не пригодилась».

Леониду дали двадцать лет. Про Витька он все выложил следователю сам.

Шоколад с миндалем

«Как же здорово дома!» – Лара зевнула и потянулась на широкой, как небо Сан-Паулу, кровати.

Она мотнула копной ванильных кудрей и приподнялась на локтях. Мокрый нос Тео тут же уткнулся в ладошку. Собаку она назвала в честь отца.

«Мне срочно нужен эспрессо с коньяком!» – покачивая бедрами, девушка поплелась на кухню под цокот когтей янтарного сеттера. На ней красовались кружевные топ и мини-шорты, являя миру загорелую налитую попку.