Малыш от бизнесмена

Голова кружится так, что мысли путаются и жужжат, словно рой пчел при виде меда. Мой язык робко отвечает на властные чувственные прикосновения чужого языка, и я ощущаю, как в широкой груди Димы зарождается что-то, так похожее на еле сдерживаемое рычание.

– Черт, – выдыхает он, выпуская на секунду из осады мои припухшие влажные губы. В зеленых глазах горит дикое пламя. – Ты такая сладкая, Алена… Башку сносит.

Словно в подтверждение Диминых слов, что-то твердое все настойчивее упирается мне в бедро.

Стесняюсь опустить глаза. Щеки опаляет лихорадочный жар, когда Дима прикусывает мочку моего уха, вызывая дрожь во всем теле. Не давая сдвинуться с места, дует на оставшийся влажный след.

Еще пару мгновений и он, подхватив меня, словно пушинку, на руки, подходит к большой кровати и аккуратно кладет на темные простыни. На секунду пугаюсь, но тут же себя успокаиваю: разве может быть плохим то, от чего так хорошо? Ничего не будет! Только пара поцелуев… и все.

До этого мне казалось, что простыни абсолютно черные, но сейчас я вижу, что это совсем не так.

Они глубокого благородного цвета индиго. Мои волосы так контрастно смотрятся на них, что это не может не завораживать.

Дима опускается рядом со мной на бок и приподнимается на локте. Раскрытая ладонь собственническом жесте ложится мне на живот, полностью закрывая его смуглой рукой.

– Проклятье! Ты идеальная, – хриплый голос будто проникает в каждую клеточку тела, лаская. – Не стесняйся.

Хотя, есть в этом что-то такое, что заводит, малышка.

Зеленые глаза скользят откровенным взглядом по моему покорно распростертому телу, пока не останавливаются на белокурых прядях, что влажными серебристыми нитями, будто светятся на синих простынях. Дима почти благоговейно берет один из локонов пальцами, пропуская меж ними шелковистую прядь.

– Красиво…

Еще секунда и прежде, чем я успеваю судорожно глотнуть воздух, крепкое тело оказывается на мне. Настойчивые губы тут же принимаются творить самое настоящее волшебство.

Я так поражена чувственными ощущениями, охватившими мое тело и душу, что не замечаю, как начинаю постанывать под крепким тренированным годами мужским телом. Извиваюсь, в своей невинности не понимая, что провоцирую на еще более решительные действия с его стороны. Приятная тяжесть заставляет подаваться навстречу каждому настойчивому прикосновению опытных рук. Они будто не знают устали.