Случайная тайна от олигарха

В отличие от младшего брата – Максута, предпочитающего спортивный стиль, старший из братьев Садулаевых всегда одет с иголочки.

Сегодняшний выбор Давида – зауженные брюки карамельного цвета и белоснежная рубашка, что выдают его предпочтения. Непринуждённый стиль типа кежуал или гранж. Цветовая гамма поразительно подходит к его темным глазам, делая их намного мягче и спокойнее. Прикусываю губу, в ожидании ответа. Клянусь Богом, если Давид сейчас скажет, что мы поедем в Африку, я…

– Я жду окончательного решения Мирьям, – хриплый, спокойный, как всегда, невозмутимый голос жениха заставляет меня крепче сжать круглую ручку двери.

 – Полностью полагаюсь на выбор своей невесты. Неделя? Нет, это слишком мало для того, чтобы провести время с любимой женщиной.

Это заставляет меня удивиться. Он, правда, не против, чтобы я САМА выбрала, куда отправиться в свадебное путешествие?!

Отец недовольно морщится, будто Садулаев сморозил какую-то несусветную глупость. Сколько раз я видела это взгляд, адресованный в мою сторону? Бесчисленно!

– Не осмотрительно с твоей стороны, Давид, давать ей полную свободу выбора, – снисходительно ворчит отец.

Жёсткая линия рта становится почти прямой. – Ни для кого не секрет, что моя дочь взбалмошная, – отец тяжело вздыхает, словно я – тяжкий крест на его плечах. – Не удивлюсь, если девчонка захочет что-то экзотическое – типа сафари на слонов – лишь бы всем насолить. Женщины нуждаются в твердой руке, иначе, поверь, не успеешь оглянуться, как начнет брюки носить и доказывать, что она хозяин в доме.

– У Мирьям не простой характер – это правда, – сдержано отвечает Садулаев, – но на мой взгляд, это только добавляет ей шарма.

Поза Садулаева расслаблена. Он полностью уверен в себе и своих силах. На секунду даже чувствую зависть. Мне бы так… Давид криво усмехается, и мои губы непроизвольно дрожат в ответной несмелой никем незамеченной улыбке.

Отец нарушает этот момент тем, что достаточно громко и саркастически хмыкает:

– Сколько раз говорил Мирьям, что женщина без стыдливости – что пища без соли, – брюзжит недовольно, направляясь к столу, на котором в хаотичном беспорядке лежат документы.

– Не все любят соль. Кто-то предпочитает острые экзотически пряности, – лениво тянет Давид и неожиданно бросает скользящий взгляд на дверь, за которой затаилась я.

Черные глаза смотрят слегка сощурившись, правый уголок губ приподнят. Проведя пятерней по волосам, он вновь возвращает взгляд на моего отца.