Из огня и пепла

– Позвать доктора? Попрошу вколоть ещё дозу…

Джерри умчался по коридору искать доктора, который позаботился обо мне, обеззаразил раны и спрятал их под мягкие, но такие неудобные бинты. Грудь сдавливали кольца марлевой ткани. Боюсь представить, во что превратилась моя спина, раз больно даже лежать. Я повернулась на бок, чтобы не касаться поверхности кровати, но легче не стало. Огонь в спине волновал меня не так сильно, как на лице. Правая щека вопила болью. Хотелось содрать повязку и расчесать её ещё сильнее.

На кого я стану похожа, когда ожог заживёт? Вылитый Франкенштейновский монстр. Что скажет Остин? Наверняка, Джерри уже сообщил ему, и он мчится в больницу. Не знаю, хочу ли его видеть. Вернее, не знаю, хочу ли, чтобы он видел меня.

Джерри появился в палате в сопровождении целой свиты. Мужчина за сорок в белом халате улыбнулся и порадовался, что я пришла в себя. Представился доктором Дарлингом и пожурил, что я всех перепугала. Медсестра, полная низенькая женщина, которую будто тянуло к полу то ли лишним весом, то ли усталостью, была не так словоохотлива.

Осмотрела повязки, проверила капельницу с таким холодным видом, что температура в палате заметно понизилась на несколько градусов. Но мне всё равно было жарко от ожогов.

Меня накормили завтраком из трёх блюд: анальгетиком, антигистаминным и противовоспалительным. Доктор похлопал меня по руке, как хорошую пациентку, и велел отдыхать и набираться сил.

– Если не будет никаких осложнений, а это маловероятно, – перед уходом уточнил он.

 – То через недельку выпишем вас, если пообещаете беречься и продолжить лечение дома.

Я пообещала, хотя первым делом как покину эту неуютную палату, отправлюсь в пекарню. Оценю ущерб и сделаю вид, что я победила, раз выжила в смертельной бойне. Пусть противник давно покинул эти стены, иногда важнее доказать его поражение самому себе.

Джерри не отходил ни на шаг, хотя у него было полно других забот. Десять лет назад к ним примешалась и я, побитая и покорёженная, как и машина отца, в которую влетел неосторожный водитель грузовика в паре миль от Портленда.

В тот день я впервые почувствовала, что значит умереть. Сегодня всё повторилось. Я могла присоединиться к семье, что покинула меня десять лет назад, но вместо этого второй раз обузой легла на плечи Джерри Паркера.

Он бросался неловкими фразами, пытаясь приободрить меня. Напомнить, что по эту сторону всё ещё есть, чему радоваться, ради чего задержаться.