Агент Бабы Яги

– Конечно, – фыркнула она, – ведь это же избушка на курьих ножках.

– Опять сочиняешь, – ответил я. Дело в том, что моя сестра очень любит разные сказки и находит волшебное там, где его и близко нет. – Таких избушек не бывает!

– Тише ты! Вот услышит и обидится!

– Да кто?

– Она, избушка.

Ёлка говорила на полном серьёзе. Именно в этот момент дом приподнялся со своего места, и стали хорошо видны коричневато-жёлтые когтистые лапы, точно такие же, как у обычной курицы, только громадные. Избушка встряхнулась и уселась обратно на своё место.

А я подумал о тех, кто находился внутри. Для них такая её разминка должна быть похожа на землетрясение.

– Ну, чего стоишь! – вдруг услышал я и обнаружил, что стою с открытым ртом, вовсю рассматривая избушку. – Иди сюда! В конце концов, Рэм, это неприлично так пристально рассматривать дом.

– Ну, Алёна, я же впервые в жизни вижу настоящую, живую избушку на курьих ножках!

– Можно подумать, что ты дохлую избушку видел, – фыркнула, довольная моим удивлением сестрица и шагнула к деревянной двери.

* * *

Я ожидал, что дверь откроется со скрипом. Во всяком случае, во всех сказках, которые я читал, они открывались именно так. Но эта оказалась неправильной и распахнулась совершенно бесшумно.

Внутри было много различных запахов и почти ничего небыло видно. Ёлка уверенно пошла вперёд и почти пропала в царящем здесь сумраке. Я ждал, что сейчас она раздобудет свечку, и я смогу осмотреться. Но в это время где-то в глубине коридора что-то щёлкнуло, и над моей головой загорелась электрическая лампочка под зелёным абажуром.

Сначала я даже расстроился. Такая сказочная атмосфера, и вдруг обычная лампочка. Но внутри оказалось очень интересно. Во-первых, пахли пучки различных сушёных трав и корешков, развешанные по бревенчатым стенам и под потолком. Во-вторых, со всех сторон на меня смотрело множество глаз. Я даже испугался сначала, но, присмотревшись, понял, что это чучела. Здесь были и зайцы, и совы, и даже летучие мыши.

Пока я всё это разглядывал, моя сестрица куда-то сходила, принесла мне тапочки и велела переобуться. Тут я увидел, что стою грязными мокрыми ботинками на чистой домотканой дорожке.

– Это что, та самая? – спросил я Ёлку.

– Что та самая?

– Ну, которая стелется скатертью.

– Ещё чего! Так тебе прямо и положат на пол волшебную дорожку. Не выдумывай! – и, опять фыркнув, она скрылась за занавеской. Оттуда доносилось какое-то шарканье и покашливание.