Аграфена и Братство говорящих котов

Ребятам не оставалось ничего другого, как только прикинуться пугалами и застыть на месте, широко раскинув руки.

Староста страдал близорукостью, о чем знали все жители деревни и обитатели приюта. Ему недавно исполнилось семьдесят лет. На его тощей фигуре колыхалась длинная ночная рубаха, похожая на женскую, а лысый череп старика покрывал белый колпак с кисточкой. По всему его внешнему виду было похоже, что он уже собирался лечь в постель.

Староста сладко потянулся, затем разинул рот и широко зевнул.

– И куда же ты выперся, старый олух?! – раздалось вдруг из дома.

 – Смеркается ведь уже! Все порядочные люди давно готовятся ко сну!

– А может, я не порядочный! – раздраженно бросил старик.

– Оно и видно! Где были мои глаза, когда я выходила за тебя замуж?!

Аграфена с трудом сдержалась, чтобы не захохотать.

Из окна на втором этаже выглянула мадам Бина, супруга старосты. Она, как и ее муж, обладала тощей костлявой фигурой. На голове у нее красовался белый кружевной чепец, а плечи были укутаны в красивую вязаную шаль.

В Белой Гриве ее называли ходячей катастрофой. Где бы ни появилась мадам Бина, вокруг сразу все начинало ломаться, взрываться, гореть и тонуть. Эта женщина просто притягивала к себе неприятности!

Вот и сейчас она попыталась закрыть окно и створкой сшибла с подоконника фикус. Глиняный горшок разлетелся вдребезги в метре от старосты, стоявшем как раз под этим самым окном. Старик от неожиданности выпучил глаза и отскочил в сторону.

– Бина! – раздосадованно завопил он.

– Хватит орать! – строго крикнула в ответ женщина. – Наш ангелочек уже легла в постельку и видит десятые сны!

Мадам Бина захлопнула окно. Она даже не заметила исчезновение цветка.

Ангелочек – единственная дочь этой супружеской четы – Кризельда стояла на балконе третьего этажа и курила одну из папашиных трубок. Эта мощная широкоплечая девица шестнадцати лет от роду весила, должно быть, полторы тонны и с трудом проходила в дверные проемы. Никто в деревне не знал, в кого она такая уродилась, при отце и матери тощих, как сушеные стручки фасоли.

Кризельда не так давно начала курить табак, потому что кто-то сказал ей, что это способствует похудению. Но результатов пока явно не наблюдалось.

Аграфена стояла неподвижно на одной ноге с поднятыми к небу руками, и ее конечности уже начали затекать. С какой радостью она сейчас попрыгала бы, чтобы размять мышцы!

Но старик, похоже, и не собирался пока заходить в дом.