Аграфена и тайна Королевского госпиталя

Он не смог протиснуться между столиками, поэтому пошел вдоль стены.

– Дело дрянь! – тихонько выдохнула Аграфена.

В этот самый момент ругань у прилавка стихла. А в следующий аптекарь Игуан, сваленный с ног мощным ударом, брякнулся на пол в центре трактира, аккурат между Аграфеной и опешившим Парамоном.

– Бия!!! – завопил Игуан, поправляя на ушах дужки очков. – Меня тут бьют, а ты где-то шляешься?! А ну-ка заступись за меня, дрянная девчонка!

Ворота «Пляшущего козла» с грохотом распахнулись.

Раздалось испуганное мяуканье Акация, еще чьи-то истошные вопли.

– Дыхание дракона!!! – крикнула какая-то девчонка.

В следующее мгновение в зал с громким треском ворвалась длинная извилистая молния ярко-зеленого цвета. Она стегнула Парамона по спине, зацепила краем мамашу Готье, опрокинув толстуху на ближайший столик, а затем врезалась в котел, висящий над очагом. Он тут же опрокинулся, выплеснув похлебку прямо в огонь. Послышалось громкое шипение, по залу тут же начал распространяться удушливый черный дым.

Глава седьмая,

в которой все бегут из трактира, а из темноты появляется карета

В «Пляшущем козле» поднялась настоящая суматоха. Перепуганные посетители трактира закричали, забранились, закашляли. А затем все одновременно бросились к выходу, начали выпрыгивать в окна и двери.

– А платить кто будет?! – взревели в один голос папаша и мамаша Готье.

Но никто и не подумал остановиться.

Триш снова схватил Аграфену за руку и быстро потащил к распахнутым воротам. Вскоре им удалось протолкаться сквозь беснующуюся толпу и выскочить на улицу, где у забора их уже поджидали Акаций и Пима.

– Наконец-то! – раздраженно буркнул кот. – Почему так долго?!

– В следующий раз предупреждайте заранее о своих подлых планах, – сказала Аграфена. – Я и представить не могла, что все так обернется! А ты, котище… Еще хоть раз набросишься на незнакомого старикашку, я тебе хвост в узел завяжу!

– А нечего было обзывать меня чучелом! – обиженно парировал Акаций.

– Чревовещательницей! – поправила его Аграфена. – И это вовсе не оскорбление, а профессия.

– Чего? – недоуменно уставился на нее кот.

Аграфена шлепнула себя по лбу и покачала головой.

– И что это была за молния? – поинтересовался Триш.