Вызовите шерифа

Шериф тоже предпочёл хранить молчание и никак не высказался по поводу выбранной кандидатуры в воры, хотя обычно пускается в лающий монолог, если чувствует негодяя.

Чтобы не терзаться просто так, инспектор Гарри Роузвуд Мартин выпустил ещё одно кольцо дыма, попутно навёл кое-какие справки о невесте Фреда Шоу и решил дождаться его самого. Только после разговора с ним в этом деле можно будет ставить точку, а пока приходилось мириться с многоточиями.

Фред Шоу не заставил себя ждать. Он явился в полицейский участок уже через полчаса, раскрасневшийся и немного сбитый с толку, словно провинившийся ребёнок.

Торопливо влетев в кабинет главного следователя, он возбуждённо проговорил:

– Появились какие-то новые сведения, вы поэтому меня вызвали?

– Боюсь, что так, мистер Шоу. – Инспектор сохранял непоколебимое спокойствие и указал гостю на стул напротив.

– Надеюсь, что вора удастся вскоре задержать. Отец очень переживает. Вы бы видели его измученное лицо.

Чутьё прирождённого сыщика опять заиграло по нервам инспектора.

По-настоящему опечаленное лицо Фреда и Шериф, положивший голову на его колени в качестве утешающего приза, никак не спасали ситуацию. А тут ещё и Эдвард Шоу появился в дверях в сопровождении констеблей.

– Мистер Шоу, – удивился инспектор, – мы ждали только вашего сына.

– Я не понимаю, почему вы вызвали его, если коллекция украдена у меня. – Суровая складка между кустистыми бровями могла кого угодно вогнать в страх, но уставшие глаза выдавали отчаяние и заставляли лишь посочувствовать этому статному мужчине.

– У нас появилось к нему несколько вопросов, сэр.

– Тогда задавайте их в моём присутствии. Я никуда не уйду. – И в подтверждение своих слов, массивная фигура заняла соседний стул напротив инспектора. Шериф так и остался сидеть у ног Фреда Шоу, как будто занимая его сторону в зале суда.

– Ну что ж, – почесал подбородок инспектор, – как вам будет угодно. Я бы хотел сообщить вам эту новость при других обстоятельствах, но…

– Вы нашли грабителя? – Луч надежды скользнул по красивому, загорелому лицу сына и испещрённому морщинами и самой жизнью лицу отца.

– К сожалению, да, господа.

– К сожалению? – Нахмурился Эдвард Шоу. – Но я не понимаю. Кто же он?

Вот и настал момент истины, когда инспектор Гарри Мартин навсегда изменит судьбы этих людей.

– Это ваш сын, сэр. – Объявил сыщик, медленно поднявшись над столом.