И приходит ночь

Может быть, это развяжет ему язык.

Рен рассмеялась над тем, насколько невыносимо типичной была Уна.

– Забудь о мальчике. Сейчас я беспокоюсь не о нем. Я волнуюсь о тебе. Я хотела проверить твое состояние, потому что знаю, насколько… сложной оказалась миссия.

– Прошло много времени. Я просто хочу поскорее покончить с этим.

Избегание. Самый эффективный инструмент в арсенале Уны Драйден, позволяющий держать всех на тщательно отмеренном расстоянии. Рен хотела напомнить ей, что сейчас они здесь только вдвоем, но даже сдвинуть гору оказалось бы проще.

Каждый из них справлялся с горем по-своему, и Рен признавала это – во всяком случае, пока.

Потому что, если быть честной, она не знала, сможет ли сама вынести разговор об этом. Она не была готова признать, что ей есть о чем горевать.

В прошлом месяце пропал сержант Джейкоб Байерс – ее единственный друг помимо Уны. Они спорили из-за обычных вещей: чья очередь покупать ужин, когда они задерживались на работе допоздна, или кто из них подаст документы Уне.

А на следующий день он ушел на патрулирование границы с Весрией и Керносом. Благодаря мирному договору предполагалось, что эти миссии были всего лишь формальностью. Он должен был вернуться через неделю.

Но он так и не вернулся.

В самые мрачные моменты Рен жалела, что ее не было с ним. Может быть, тогда вместо него пропала бы она. Может быть, если бы она что-нибудь увидела – клочок его униформы или нож, забытый в снегу, – она смогла бы оплакать его должным образом. Но она отказывалась верить, что он умер.

Пока она не получит ответы, она не сможет попрощаться с ним.

Этот заключенный – этот мальчик – не может ничего сделать, чтобы унять ее боль. С руками и ногами как у жеребенка и сопливым носом, он не выглядел способным даже на мелкую кражу, не говоря уже о похищении.

– А ты в порядке? – спросила Уна, отвлекая ее от размышлений.

«Нет», – хотела ответить Рен, но вместо этого сказала:

– Да.

– В самом деле? – протянула Уна. – Всего минуту назад ты выглядела так, словно хотела задушить меня этими цепями.

– И с какой стати мне это делать? Ты же всегда невероятно любезна.

Уна залилась лающим смехом.

– Теперь я знаю, что у тебя есть план действий. Выкладывай.

Рен подумывала сменить тему: в последние дни так редко можно было добиться улыбки от Уны. Но она должна была обеспечить безопасность мальчика, прежде чем позволить себе расслабиться.

– Позволь мне вылечить его руку. Иначе тебе придется допрашивать труп.