День живых

Десять часов за рулём, дождь барабанит в лобовое словно настойчивый гость. Нервы не к чёрту, а тут ещё шерстяной комок выскакивает на проезжую часть и прямо под колёса. Никакая усталость не могла выключить бдительность Мэтта. Он ударил по тормозам и успел вывернуть руль.

– Что за чёрт! – Выругался он, выходя из кабины под проливной дождь. Дорога была свободна – только идиот сунется в такую погоду на улицу.

Обойдя могучий грузовик, Мэтт увидел промокшего до шерстинки щенка. Тот, целый и невредимый, сидел у самых колёс грузовика и жалобно смотрел из-под коричневых бровей-домиков.

– Эй, приятель, – смягчившись, произнёс Мэтт, забыв про капли, затекающие за воротник. – Что ты здесь забыл в такую погоду?

Щенок ничего не ответил и жалобно заскулил, покорно прижимаясь к земле.

– Кто-то оставил тебя здесь? – Мэтт осмотрелся кругом, будто надеялся обнаружить нерадивых хозяев и отчитать их за ужасное обращение с животными.

Малыш боялся нового знакомого, но ещё больше боялся остаться один в этом холоде.

Он подполз ближе и едва повилял хвостом.

– Так ты здесь совсем один?

Как можно бросить такое чудо среди пустых дорог, где первая встречная машина может оказаться последней. А дети всегда хотели кого-нибудь. Неплохой выйдет подарок из поездки.

– Идём, дружище, – усмехнулся Мэтт, и аккуратно, чтобы не напугать животное, поднял его с дороги.

На вид щенку было всего-то несколько месяцев от роду. В породах Мэтт не особо разбирался, дождь и вовсе перепутал всю шерсть потеряшки, из-за чего тот стал больше похож на лесное чудище, нежели на собаку.

Но кому какое дело до породы, правда? Глаза у пёсика добрые, а остальное не важно.

Забравшись обратно в тёплую кабину, Мэтт осмотрел найдёныша. Никаких ран или следов аварии. Кто-то действительно просто выбросил ненужное животное рядом с лесом, надеясь, что малыш сумеет прокормиться в дикой природе или что дикая природа рано или поздно покормится им самим.

Щенок отряхнулся от холодной воды, забрызгав всё лицо нового товарища.

В ответ на раздавшийся смех он облизал человека, то ли из благодарности, то ли из желания извиниться за свои манеры.

Отъехав к обочине, чтобы не мешать редким водителям, Мэтт достал из бардачка недоеденный завтрак – бутерброд с индейкой и остатки лимонного печенья Кэти – и разделил его с собакой.

– Вкусно тебе?

Аппетитное чавканье было лучше любого ответа. Снова засмеявшись, Мэтт понял, что это была судьба.

– Тогда поехали, приятель.