День живых

 – Он вырулил на дорогу и посадил щенка на соседнее сиденье, но тот отказывался сидеть в одиночестве.

– Да ты весь замёрз, малыш.

Щенок забрался под полы куртки и свернулся прямо на коленях Мэтта. Это картина растрогала его до глубины души. Не оставалось никаких сомнений – найдёныш едет с ним домой.

– Как же тебя назвать, напарник?

И тут перед глазами как раз мелькнул знак «Вы покидаете Норт-Бэй. Счастливого пути!».

– Бэй. Звучит неплохо, а? Бэй. Как тебе такое имя?

Щенок повёл ухом и тяжело вздохнул, проскулив что-то во сне.

– Ладно, приятель, отдыхай. Нас ждёт долгая дорога домой.

И Бэй обрёл свой дом. Только это не был двухэтажный коттедж, где его ждал удобный лежак и миска всегда полная костей. Настоящим домом пёс считал шести-тонную фуру с высоким сидением, с которого он мог наблюдать за проносящимися мимо пейзажами, и с бардачком, в котором всегда лежало что-нибудь вкусненькое и обязательно печенье Кэти.

Поначалу Мэтт оставлял напарника дома, но тот сразу же впадал в собачью депрессию.

Отказывался есть, весь день спал у двери или смотрел в окно в ожидании хозяина. Ни доброта Кэтрин, ни ласка детей не помогали – пёсик безнадёжно скучал по Мэтту и их дорожным приключениям.

Так не могло продолжаться. Кэтрин устала наблюдать за мучениями бедного животного, поэтому в следующую командировку она предложила взять Бэя с собой.

– Не знаю, Кэти. Я всё-таки не в увеселительную поездку отправляюсь. Бэй будет отнимать слишком много времени и внимания.

Придётся чаще делать остановки и надеяться, что он не будет мешать.

– Знаю, дорогой.

–Ему захочется поноситься по полям и половить зайцев в лесу, но придётся сотни миль трястись со мной в кабине. Я не смогу по первой же прихоти развернуться и везти его обратно.

Не успел Мэтт закончить, как пёс тихонько подошёл сзади и уставился на лучшего друга жалобными глазами. Увидев его, Кэтрин мягко усмехнулась и произнесла:

–Тогда тебе придётся самому всё это объяснять Бэю. – И она кивнула за спину Мэтта.

–Ох, малыш…

Умоляющее поскуливание в ответ.

–Я ведь могу лишиться работы, если возьму тебя с собой.

Молчаливое возражение было красноречивее всяких слов. То, как пёс поглядывал на Мэтта своими бездонными влажными глазами, было так похоже на любимый взгляд Джесси, когда он пытался выпросить что-то у отца.

– Признавайся, приятель. Тебя Джесси научил этому взгляду?

Потрепав Бэя по холке, Мэтт почувствовал себя предателем.