Сокровенное таинство

Там и сям, словно следы диковинного зверя, зеленели пятна примятого, но не увядшего клевера.

– Один добрый дождик – и все будет как прежде, – промолвил брат Кадфаэль, окидывая взглядом выцветшие проплешины, чередующиеся, будто на шахматной доске, с зелеными островками, и размышляя о необыкновенной живучести простой травы.

Монах оказался здесь по пути из аббатства Святых Петра и Павла, а шел он в принадлежавший обители приют при часовне Святого Жиля, находившийся на самой окраине города. От ярмарочного поля до приюта оставалось еще добрых полмили.

В обязанности Кадфаэля входило следить за тем, чтобы в богадельне всегда имелись в достатке снадобья от всевозможных недугов, и потому он наведывался в приют каждые две недели, а то и чаще, если там было много больных или возникала какая-нибудь срочная нужда.

В это раннее августовское утро его сопровождал молодой брат Освин, который более года учился у Кадфаэля пользовать недужных целебными травами и сейчас направлялся туда, где полученные им навыки могли найти достойное применение.

Освин был высок ростом, крепок и полон рвения. Поначалу он допускал немало оплошностей: то отвар на огне передержит, то, не разобравшись, вместо лекарственных трав притащит сорняков, тем паче что с виду они сильно схожи. Но теперь все эти огрехи были в прошлом. Молодой монах мог стать находкой для лазарета, но для этого первое время он должен был трудиться под началом опытного и рассудительного наставника, брата Симона, который мог при необходимости направить юношеский пыл в нужное русло.

– На мой взгляд, ярмарка у вас удалась на славу, – сказал Хью, прервав молчание.

– Слава Богу, все вышло куда лучше, чем я мог надеяться, – с улыбкой отозвался Кадфаэль, – особенно если учесть, что с юга нынче до Шрусбери не добраться из-за раздоров в Винчестере. Иные купцы аж из самой Фландрии заявились.

Да, что и говорить, последнее время Восточная Англия была не самым безопасным местом, но торговцы шерстью – народ хваткий и всегда готовы рискнуть ради хорошей прибыли.

– И стрижка нынче была отменной, – с удовлетворением заметил Берингар.

На севере, в маноре Мэзбери, он имел собственные стада и отлично знал, сколько доброй шерсти настрижено в этом году. На нее был хороший спрос повсюду, и, конечно, в приграничных землях Уэльса. Жители Шрусбери издавна поддерживали прочные связи с обоими валлийскими королевствами – Гуинеддом и Повисом.