Айван, единственный и неповторимый

Благодаря этому я могу видеть весь торговый центр и даже больше – неистово верещащие игровые автоматы, розовые глыбы сладкой ваты и огромную парковку без единого дерева.

За парковкой виднеется шоссе, по которому несутся бесконечные автомобили. Огромный рекламный щит на краю дороги зазывает их, как газелей на водопой, остановиться и передохнуть.

Щит уже поблек, и краски выцвели, но я отлично знаю, что там написано. Однажды Мак громко зачитал надпись: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ! СЪЕЗД 8, “ШАТЕР”: ЦИРК, МАГАЗИНЫ И ИГРОВЫЕ АВТОМАТЫ – ДОМ АЙВАНА, ЕДИНСТВЕННОГО И НЕПОВТОРИМОГО, МОГУЧЕГО СИЛВЕРБЭКА!»

Я, к сожалению, читать не умею – а научиться хотелось бы.

Впрочем, однажды мне и без того удалось насладиться книгой, которую в моих владениях оставил один из смотрителей.

Ее вкус напомнил мне термитов.

На щите у шоссе изображены Мак в костюме клоуна, вставшая на задние ноги Стелла и злобный зверь с яростным взглядом и взъерошенной шерстью.

Этот зверь вроде как я, но художник сделал серьезную ошибку. Я никогда не впадаю в гнев.

Гнев – особое качество. Силвербэк впадает в гнев, чтобы поддерживать порядок в своей семье и предупреждать об опасности. Когда мой отец бил себя в грудь, это означало: «Внимание! Слушайте все! Я тут главный! Я в гневе, чтобы защитить вас, потому что для этого я и рожден!»

А здесь, в моих владениях, защищать мне некого.

самое маленькое цирковое представление на свете

Мои соседи здесь, в «Шатре», умеют делать множество разных трюков.

Одна из моих соседок умеет играть в бейсбол, и при этом она – курица. Другой сосед управляет пожарной машиной, хотя он и кролик.

Была у меня и еще одна соседка – смышленая лоснящаяся тюлениха, которая могла с утра до вечера продержать у себя на носу мяч. Ее голос был похож на хриплый лай собаки, которую в холодную ночь оставили на цепи.

Дети загадывали желания и бросали монетки на дно ее пластмассового бассейна, где они поблескивали, как плоские медные камешки.

Как-то раз тюлениха проголодалась, а может, просто заскучала, и проглотила сразу сотню монет.

Мак сказал, что ничего плохого с ней не случится.

Он ошибся.

Мак называет наше шоу «Самое маленькое цирковое представление на свете». Каждый день в два, четыре и семь часов люди приходят сюда пить газировку, обмахиваться программками и хлопать. Младенцы вопят.