Альма. Неотразимая

 – Зачем?

Уже много недель он терзается этим вопросом. Он знает, что Люк де Лерн всегда ненавидел работорговлю. Однако в день засады на острове Закхея ничего ценного, кроме невольников, на борту «Нежной Амелии» не было. И зачем ему снова так рисковать сегодня, лишь бы выведать, где корабль?

– Что он ищет? Отвечай. Считаю до десяти.

Великан с отрезанным ухом молчит, широко открыв глаза.

Когда Гардель доходит до девяти, на плечо лежащего великана опускается носок изящной шёлковой туфли.

– Что это? – звучит голос Амелии.

Капитан замер. Он уже не считает.

– Это беглец, – отвечает он, – разбойник.

– Нет, вот здесь! Что это?

Нога Амелии не сдвинулась.

– Свинец. Ключица раздроблена.

– Нет, капитан… Чуть ниже.

Сразу под раной действительно что-то виднеется. Испачканный кровью кружок с фигурной литерой «А».

Клеймо судна «Нежная Амелия».

– Здесь моё имя, – спрашивает она, – или мне мерещится?

По небольшой толпе пробегает шёпот.

– Этот человек принадлежит мне, капитан. Его я тоже забираю. Сегодня вы уже достаточно всего попортили. Если он выживет, будет работать у меня в «Красных землях».

Она наугад подзывает молодого человека из толпы.

– Унесите его.

– Я? – спрашивает Авель Простак.

– Да. Найдите кого-нибудь себе в помощь.

Простак слушается. Он только что узнал одного из беглецов. Это был Жозеф Март, его товарищ по долгому морскому пути из Африки.

Амелия оборачивается.

– Мадам де Ло, покажите, куда его положить. Пусть занесут в тень, в конюшню. У меня всё равно там дела: роженица с ребёнком.

Гардель отступает на шаг. Он оглядывается на постройку, идущую вдоль двора.

– Так ребёнок родился? – выдавливает он.

У колодца кухарка отмывает руки в ведре. Рядом с ней мадам де Ло – она серовата, но на ногах держится.

– Так мальчик, выходит… родился? – повторяет Лазарь Гардель.

– Похоже, капитан, – отвечает Амелия, – вы действительно ничего в этом не смыслите.

5

На юг

Альма предоставила лошади самой скакать галопом через город вслед за пиратской. Вокруг всё исчезло. Она не замечает провожающих их любопытных взглядов. Забыла про оставшуюся позади перестрелку. И даже про Жозефа за спиной. Альму переполняет знакомая близость, шлейф которой она почуяла совсем рядом, в трактире «У Милой Хозяйки».