Ангел

Мама говорит, что стоит вам взглянуть на что-нибудь или потрогать руками, все тотчас же обращается в рассказ или сказку.

– Да, но эти сказки и рассказы никуда не годятся. Хороши только те, которые сами приходят; стукнут мне в лоб и скажут: мы здесь!

– Скоро ли они постучатся? – спросил мальчик так забавно, что мать засмеялась.

– Расскажите, расскажите сказочку, – приставал он.

– Но что ж мне делать, когда она не идет? Она такая важная, что приходит только, когда ей вздумается. Постой, постой, она кажется пришла и в чайнике сидит.

Мальчик взглянул на чайник: крышка на нем подпрыгивала, а из-под нее высовывались белые бузинные цветочки, показались они также из чайного носка. Вот они стали расти и расти, распространились во все стороны, образовали прекрасный бузиновый куст, а потом и дерево, ветви которого достигали до кровати и раздвигали занавеску. Как цвело это дерево и как благоухало! А посредине сидела приветливая старушка в удивительном платье. По зеленому фону платья рассыпаны были бузинные цветочки, так что никак нельзя было разобрать, из материи сделано платье или из листьев и цветов бузины.

– Как зовут эту старушку? – спросил мальчик.

– Греки и римляне звали ее Дриадой, – отвечал старик. – Но мы с тобой этого не поймем. В матросской слободке есть для нее другое имя, получше: ее зовут Бабушка-бузина. Ну, теперь любуйся на это дерево и слушай.

Такое же красивое дерево растет здесь по соседству, в углу маленького бедного дворика. Однажды, в ясный летний полдень, сидели под ним два старичка: старый-престарый моряк и его старая-престарая жена.

– А я знаю, когда ваша золотая свадьба, – говорила она. Но старички не слыхали: они заняты были разговором о давно прошедших временах.

– Помнишь ли ты, – говорил старый моряк, – когда мы, будучи еще детьми, играли и бегали на этом самом дворе, где мы теперь сидим.

– О, я это отлично помню, – отвечала старушка. – Одна из этих веточек была бузина. Она дала корешки, и мы ее усердно поливали. Вот какое славное дерево из нее вышло, и мы, старики, отдыхаем теперь в тени его.

– А там, в углу, стояла кадка с водой. В ней плавал мой кораблик. Я сам его выдолбил. Как он славно плыл под парусами. Скоро, однако ж, пришлось мне познакомиться с иным плаванием.