Геункаон: Гроб Хрустальный

 – Забери тубус в салоне и нагони меня в конце колоннады. Ясно?

Иронично подняв уголки рта, Богдан кивнул в ответ и нехотя забрался обратно на место пилота-водителя.

«Надеюсь, он мне не пригодится…» – подумал Мориц не то о тубусе, не то о своём сопровождающем, и твёрдым шагом направился к ближайшему входу.

Чтобы попасть в Зал Совета, нужно было пройти через внутренний дворик, окружённый поддерживающей второй этаж здания колоннадой. Мориц шёл неспеша, бросая взгляды на врезанные в колонны черные таблички с рунописью.

«Негласные правила. О них помнят, но осознают истинный смысл лишь нарушив их. А оступившиеся… хм… приходят сюда, чтобы поделиться кровью с этими рунами. Возможно, они искренне верят в то, что так смогут удержать других от ошибок».

Мориц остановился у колонны, рунопись которой гласила: «Совершенство Бессмертных не для Смертных». Осторожно коснувшись её, он сосредоточился, ища среди оставленных воспоминаний те, что принадлежали Константину. Было время, когда Мориц верил, что его воспитанник достаточно силен, чтобы противостоять искушению.

Но нет – Константин превратил своё существование в мучительный кошмар, а вмешательство Богдана лишь всё усугубило.

Погружаясь в водоворот чужих воспоминаний, Мориц теребил перстень-печать на большом пальце левой руки. Инкрустированное рубинами кольцо имело форму восьмигранника, центральную часть которого занимал платиновый символ ковенкорда[20 - Ковенкорд (англ. сovencord -связка ковенов) – объединённые в один союз несколько крупных вампирских сообществ(ковенов), под управлением одного главы (старейшины).

] в виде перекрещённых рук с вытянутыми указательными и средними пальцами, олицетворяющий кровавый гарант[21 - Кровавый гарант – олицетворяет поручительство, скреплённое кровью, что является нерушимым залогом двусторонних отношений.  Символ Северного ковенкорда. Столица – Вер`Кезеш. Старейшина – Мориц Золт.]. Стилизованная надпись «Viventibus Mort[22 - Viventibus Mort (лат. ) – живые мертвецы.]» многократно повторялась на боковых гранях и являлась неотъемлемой частью всех печатей: как старейшин, так и глав ковенов.

Он продолжал искать, но, почувствовав присутствие Богдана ещё до того, как тот появился у входа, отступился.

«Этот черноглазый мальчишка не способен заменить Константина. В нём нет ни природного благородства, ни изящества, ни интеллектуальных способностей. Лишь бойцовский талант.