Однажды над городом. Роман

Думаешь, мне приятно видеть, как им просто удается летать над нами и не бояться?! Меня трясет от их присутствия над нами!

Старлей полез в карман гимнастёрки и достал папиросы. Жадно затянулся.

Ахмедов поднял голову к небу, бегло осмотрел город и задал короткий вопрос:

– Александр Семёнович, Баку будут бомбить?

– А зачем его бомбить? Чтобы он сгорел? – невозмутимо ответил командир. – Просто взял и сгорел. Чтобы погибли люди, которые не воюют, а добывают нефть. Есть смысл бомбить нефть? Только идиот может на такое решиться.

Ариф осмотрелся и осторожно вполголоса обратился к наставнику ещё раз:

– Тут говорят, что если немцы подойдут к Баку, то город могут взорвать, дабы Гитлеру ничего из нефти не досталось.

– Кто такое говорит? – строго произнёс командир, хмуро сдвинув брови. – Где такое говорят?

Ахмедов от неожиданной реакции Звягинцева вытянулся стрункой.

– Никто, сам придумал, – бакинец понял, что перешёл черту дозволенного.

Звягинцев выдержал мучительную паузу, сделав при этом несколько глубоких затяжек.

– Сынок! Не всё, что думаешь, надо говорить. Побереги себя, не всем можно доверять, особенно тем, кого с Баку ничего не связывает.

Поняв намёк, Ариф поспешил оправдать Антона.

– Он хороший парень, просто молодой и глупый.

– Я сказал, а ты должен правильно понять мои слова, – старший лейтенант многозначительно подмигнул подопечному.

– Я вас понял, Александр Семёнович, – ничего не думать и ни о чём не говорить.

Звягинцев усмехнулся и направился к дальнему концу крыши. Облокотившись о широкий парапет здания, старший лейтенант снял фуражку и бросил на камень. Мужчина мечтательно куда-то смотрел.

– Ахмедов! – крикнул старший лейтенант и поманил Арифа рукой.

– Слушаю.

– Где твой дом? – Звягинцев развернулся к городу. – А, дай я сам найду, – офицер прищурил глаза, всматриваясь в сторону одноэтажного старого Баку. – Вот… нашёл, я помню ту беседочку у вас на крыше, где мы пили чай, и которую обвивал виноградник.

– Угадали! Наша беседка! Её ещё мой отец смастерил, – обрадовался Ариф, видя, что отчий дом в порядке.

– Красивый у нас город, не правда ли, солнечный такой… – Звягинцев тяжело вздохнул. – Каждый день радуюсь, что его не бомбят, не могу представить, что Баку может быть разрушен. – А насчёт взорвать или разбомбить Баку может додуматься только злодей или Сатана, такого человеком не назовёшь.