Беглец (сборник)

Хватит мне водовозничать.

– Так он же не хочет к нам заезжать!

– А я при чем? Пускай дед договаривается…

– Ангел – это ваша фамилия? – спросил Виталий Сергеевич.

– Да нет, кличку такую дали.

– За что ж вас так?

Сенька весело прищурился и начал загибать пальцы:

– Передовик колхозного производства – раз, водки не пью – два, не курю – три, бабу свою не бью, хоть и стоит, – четыре, с начальством не ругаюсь – пять. Как же не ангел? Вылитый!

Юрка и Славка в книжке у Максимовны видели на картинке ангела.

Он был тощий и напоминал белого кудрявого барашка. Лысый, приземистый, в замасленной, пропахшей соляркой и солидолом спецовке Сенька никак не был на него похож. Должно быть, то же самое подумал Виталий Сергеевич.

– Раньше, – сказал он, – об ангелах иначе думали.

– Так то раньше! – засмеялся Сенька. – Теперь на ангелов нормы другие… Во, – сказал он, поглядев на протоку, – была дорога как струнка. Взяли и разрыли, теперь дожидайся переправы. А в шторм и вовсе – загорай, пока не кончится.

– Это временно, – сказал Виталий Сергеевич. – Пока стройка идет.

– Тогда нашему брату еще слаще – чеши вкруг лимана шестьдесят километров лишку. И будем чесать – наше дело солдатское.

– Строительство важнее.

– Это какое дело ни возьми – одно другого важнее. Одни мы неважные…

– Кто?

– Вообще. Люди.

– Так ведь для людей и делается!

– А-а! Ну, это, конечно, само собой…

– И город здесь будет. На голом месте строить хорошо. И строителям, и архитекторам есть где развернуться.

– Да уж наворочают…

Паром отвалил от противоположного берега и, буровя тупым носом воду, пошел к ним. Вернее, носа у него не было. И кормы тоже. Он был как бы обрублен и спереди и сзади. Посередке угловатой аркой возвышался мостик, там в застекленной будке стоял капитан. А между высокими бортами в два ряда, уткнувшись друг в друга, как овцы в стаде, стояли машины. Паром подошел к стенке, ткнулся в покрышки раз и другой, береговые матросы закинули швартовы на вбитые в стенку толстые трубы, с обрубка, который был носом, опустили окованную железом сходню из толстых досок.

По сигналу капитана боцман махнул рукой передней машине:

– Давай!

Осторожно, будто лошади, идущие в незнакомый брод, машины трогались, гуськом переползали сходню, скрежетали шестернями передач и убыстряли ход. А выбравшись за песчаные косогоры, давали газу, взревывали моторами и, подняв столб известняковой пыли, скрывались в нем.