Берегите душу города

Но новых Костик не хотел, привык к этим, да и функцию талисмана они исправно выполняли, защищая его от карцера.

За окном слышались весёлые голоса мальчишек и звонкие удары ног по тугому мячу: после уроков младшеклассники гурьбой носились по стадиону. За зиму и холодный март они насиделись в душных помещениях, и теперь всё свободное время проводили во дворе интерната. Костик бы тоже с удовольствием пошёл на улицу. Носиться он не любил, зато ему очень нравилось сидеть на лавочке под старой липой, читать книжку или просто думать.

– Садись, поговорим, – наконец произнёс Святослав Семёнович и Костик даже вздрогнул от неожиданности, настолько погрузился в размышления.

Он послушно сел, но взгляда от кроссовок не оторвал.

– Костя, просто скажи: за что ты ударил Клюева? Давай только без дежурной фразы «я не ябеда». Понимаю, у вас там свои неписанные законы, и в целом я их принимаю, потому что так всегда было заведено, да и сам я не сразу взрослым родился. Знаю, что зачинщик он, в этом у меня сомнений нет.

Хоть ты и не помнишь ничего, но ты всегда был честным, справедливым и совершенно спокойным мальчишкой. Что-что, а характер не поменяешь. Я просто хочу услышать правду от тебя, потому что Клюев всё переврёт как обычно.

Костик шмыгнул носом. Эту фразу он произносил и после «чокнутого учёного», и после новогоднего подарка. Но там ребята всё рассказали, а некоторые учителя потом начали шептаться за спиной: ах, бедный мальчик, и так без родителей остался, а ещё провалы в памяти, травля в школе, как же ему тяжело, ах, ах! И не только про него шептали, но и про его товарищей, правда у них с памятью всё было в порядке.

Только им на эту жалость было по фигу, а Костика тошнило, что с неё проку, одно нытьё. Да и сидела в нём какая-то упрямая уверенность, что надо самому разбираться с проблемами, ведь дальше в жизни их никто за него решать не станет.

– Ну чего ты молчишь? – спросил Святослав Семёнович. – Ведь и так ясно: раз ты ударил Клюева, значит между вами произошла ссора.

На него многие зуб точат, но ведь не каждый с кулаками кидается и нос разбивает. Просто назови предмет ссоры, можно без подробностей.

– Можете меня в карцер, – тихо проговорил Костик.

– Да не хочу я тебя сажать в карцер, – Святослав Семёнович резко поднялся, проскрежетав стулом по полу. – У меня и без тебя очередь из страждущих поразмышлять над собственным поведением. Жаль они только этого не делают.