Блин и секрет разбитых стекол

Это был не утренний Блинков-младший, который страдал у зеркала со своим расквашенным носом, куксился, кис и даже поливал огород. Это был другой человек, потому что:

а) уставной капитал его банка пополнился на пять настоящих долларов;

б) в руках у него была картонная папка с названием «Жёлтый экспресс», и буквально первый встречный сантехник Николай Никифорович это название прочитал и, наверное, подумал: «Такой молодой, а уже внештатный корреспондент»;

в) в папке, кроме дудаковских заметок, лежала целая двухстраничная статья, подписанная «Дмитрий Гавриловский, Игорь Дудаков».

Псевдоним ему посоветовал взять соавтор, сказав, что журналисту неудобно хвалить собственного папу, а под псевдонимом – сколько угодно. И, наконец,

г) папу, который вырастил из двухтысячелетнего семечка Уртику диоику, в статье хвалили напропалую. Блинков-младший даже загордился тем, что он сын такого выдающегося учёного.

Увы мне, как говорил этот выдающийся учёный, когда нечаянно разбивал тарелку.

Полное счастье недостижимо, как следует из закона, выведенного финансово одарённым сыном этого выдающегося учёного.

Вторым встречным после сантехника Николая Никифоровича оказался князь Голенищев-Пупыркомладший. Блинковское хорошее настроение ну просто разлетелось вдребезги.

– Вздравствуй, Дима, – чрезвычайно вежливо сказал князь, от старательности вставив в приветствие лишнее «в». И пожал руку остолбеневшему Блинкову-младшему.

Князь был похож на пирата, которого добрые торговые моряки собрались повесить на рее, но решили сначала пообедать.

Под правым глазом у него переливался синяк – явление довольно редкое. Обычное дело – синяк под левым глазом, потому что обычные люди бьют правой рукой. А Блинков-младший был левша. Синяк под правым считался во дворе его фирменным штампом.

И вот этим глазом с фирменным штампом князь рвал Блинкова-младшего в клочки. А сам говорил:

– Хорошая погода установилась в июне, не правда ли, Дима?

Блинков-младший огляделся. Где-то совсем рядом должен был караулить пирата добрый торговый моряк.

– Отойди от его, шпана! – громовым голосом приказал откуда-то добрый торговый моряк, и тогда Блинков-младший посмотрел на старую «Волгу» Голенищевых-Пупырко. Она всегда тут стояла и намозолила глаза.

Но раньше она была повыше и не перекашивалась набок.

– Кому говорят: отойди! Шпана! – повторил добрый торговый моряк ещё громче.

Блинков-младший сообразил, что, во-первых, шпана – это он, во-вторых, моряк не добрый.