Богатырь, жги!

А богатырь где? Куда она богатыря дела? Сам говоришь, был иномирец.

Царь подтянул сапоги и сунул обе конечности в обувку. Затем поманил пальцем Еремеева к себе еще ближе. Тот, как стоял на коленях в грязи, так и пополз.

– А богатырь-то подходящий был? – Тихо поинтересовался Герасим Евстигнеевич и оглянулся с опаской на терем дочери, который со скотного двора было видно хорошо. Хоть бы эта дура раньше времени правды не узнала. Иначе сдаст родного отца, дрянь неблагодарная. Точно сдаст…

– Государь, не богатырь, а мед медовый.

Ручища – во! Ножища – во! Плечи, что твое коромысло. Широченные… – Еремеев развел руками в стороны, изображая размах богатырских плеч иномирца.

– Мда? – Герасим Евстигнеевич с сомнением посмотрел на главу совета.

Очень уж тот глаза таращил сильно. Как бы не прибрехнул, сволочь, боярская.

– Ты сильно не ори… – Царь снова обернулся в сторону терема «кровиночки» – Машка узнает, что такое сокровище у нее из-под носа ушло, со свету нас сживет. И секрет наш, как обещала, при всем честном народе, на красной площади расскажет.

А это, Илья Никитич, считай, можно сразу в реку вон пойти броситься. Эх… как не вовремя все… как не вовремя… И Темное зло разрастается все сильнее. Нечисть удержу совсем не знает нынче. Русалки, как сбесились, честное слово. Раньше хоть в пруду, в реке, в озере мужиков ловили. А теперь, что? В бочку полез омываться, смотрю, сидит… С хвостом… Улыбается и глазом одним подмигивает. Еле выпихнул. А то знаю я эти русалочьи купания. Еще в бочке утонуть не хватало… Срамота какая выйдет…

Царь покачал головой и поцокал языком.

Хотя по его масленному взгляду, Еремеев понял, история про купание прозвучала сейчас в сильно укороченном варианте.

– Богатырь иномирец нам бы сейчас о-о-о-очень пригодился. – Продолжил тем временем государь, – И дело даже не в Машке. Эта дура подождёт. Тем более, ежли ее жених на битву с Темным злом отправится. А нам, Илюша, очень надо, чтоб кто-то на эту битву отправился. До того, как дочь моя удумает кому-нибудь правду рассказать.

Понимаешь? Надобно нам Темное зло запечатать обратно.

– Может, кто из наших богатырей, из местных? – Еремеев, который в очередной раз вознамерился мордой по грязи елозить, оторвал ее от земли и с надеждой посмотрел на царя.

– Да куда там! – Герасим махнул рукой. – Они на казенных харчах совсем обнаглели. Ты попробуй их в ратное поле выпихни теперь. Да и Марью все равно надо успокоить. А то натворит делов. Дура стоеросовая.