Большая маленькая девочка. Книга 2

И тут появилась продавщица с большими блестящими серёжками.

– Эльвира… Что это у тебя тут за цирк? Прям великаны и кролики!

Мишка сжал мою руку. Ненавижу, когда на меня так таращатся! Ещё и обсуждают, как будто я глухая. А может, им кажется, что мои уши слишком высоко и я ничего не расслышу?

– А, – Эльвира махнула рукой, – детям делать нечего. Муженёк мой бывший, когда уходил, собаку оставил. То целовался с ней, с Ритой своей ненаглядной, а тут всё – не нужна. Пока в старом доме жили, ещё ничего, на улицу выпустила – она и гуляет.

А я ж в квартиру переехала… Тань, вот скажи, куда мне собаку?

– Да некуда! – согласилась Таня.

– Она мне там всю мебель погрызла, – продолжала Эльвира. – Туфли новые. Сумку сожрала… кожаную.

Она рассказывала всё это спокойно, ровным, каким-то замороженным голосом. Подсчитывала неприятности, как металлические монетки.

– Я её выгнала. А она – обратно приходит. Я домой возвращаюсь – у двери сидит. Ну и чего мне делать? Я эту собаку не заводила. Так теперь – я виновата, что ли?

– Не виновата, – опять согласилась Таня.

Она качала головой, и от её блестящих серёжек разбегались солнечные зайчики.

– Вы покупать что-то будете? – вспомнила о нас Эльвира. – Или покупайте, или идите отсюда. Нечего тут всё загораживать.

Она не кричала. Она вообще говорила спокойно и тихо. Но от её голоса у меня замёрзло всё в животе. Да что там в животе, замёрзли даже пальцы в зимних ботинках.

Мы с Мишкой развернулись и пошли к эскалатору. Он ехал медленно.

Это была какая-то ненастоящая лестница. По настоящей можно бежать, стуча пятками, перепрыгивать через ступеньки. Настоящая лестница помнит, кто по ней бегает. А эскалатор просто тебя везёт, и ему всё равно. Как Эльвире.

В трамвае мы ехали молча. Уже зажглись фонари, но небо ещё было светлым.

От остановки мы почему-то повернули не к до му, а к парку. Перешли через дорогу, спустились к старым домам.

Ещё издалека я услышала странный звук – длинный и тонкий.

– Ау-у-у-у-у!!!

Мы стояли и смотрели на Риту.

Она плакала, не открывая глаз. Наверное, ей не хотелось нас видеть.

– Рита, ко мне!

Я думала, если назвать её имя, она отзовётся, пойдёт к нам.

– Ау-у-у-у-у…

В носу у меня защипало. Ещё секунда – и разревусь.

– Дурацкое имя – Эльвира, – сказал Мишка. – Она такая худющая… Наверно, болеет каким-то вирусом.

– Эльвирусом.

Нет уж, я не буду реветь! Я лучше сделаю так, чтобы Эльвира сама захлюпала носом.