Большой Кыш

– А вон вороны сидят на ореховом кусте. Ты, случайно, не…

– Нет! – отрезал Сяпа.

– Согласен, – сказал Тука.

Сяпа нахмурился и притих. Огибая ежевичные заросли, Тука заметил на одном из кустов брошенное гнездо ремеза. Он остановился, чтобы лучше его рассмотреть. Аккуратное птичье сооружение свешивалось с колючей ветки, слегка покачиваясь.

– Сяпа, смотри, какое удобное, уютное гнёздышко. Совсем как ты любишь.

– Хорошее, – похвалил Сяпа, – только маленькое.

– А это мы сейчас проверим. Полезай в него! – скомандовал Тука.

Сяпа послушно вскарабкался на колючую ветку и после неимоверных усилий всё же умудрился попасть внутрь гнезда.

– Ну как? – спросил снизу Тука.

– Очень тесно… я еле поместился. Для яйца совсем нет места. И меня тут укачивает, – всхлипнул Сяпа.

– Вылезай, – сказал Тука. – Если бы ты был ремезом, то и тебе, и яйцу места хватило бы.

Сяпа высунулся и, не удержавшись на краю, камнем полетел вниз. Тука едва успел соскочить с пушистой моховой кочки, в которую тут же воткнулся головой Сяпа.

– С благополучной посадкой, – переводя дух, сказал Тука. – Ты цел?

Сяпа выбрался изо мха, вяло отряхнулся и пожал плечами:

– По-моему, я не ремез, Тука.

– По-моему, тоже, – согласился тот.

Наконец друзья добрались до рощи и сразу заприметили сову, мирно дремавшую на одном из дубов. Тука не стал ничего выспрашивать у Сяпы. Он и так знал: Сяпа не из «таких». Он вегетарианец. К тому же ночью малыш крепко спит, а совы – совсем наоборот.

Кыши довольно долго бродили по роще, потом спустились к болоту.

Глядя на уток, Сяпа вспомнил, что не умеет плавать.

Цапля Сяпе решительно не понравилась: слишком большая и много ест.

Пеночка, наоборот, была так мала, что, похоже, не ела вообще.

Сяпа сильно смахивал на воробья – и размером, и окраской, но они разнились характером: воробей был суетливым говоруном, а Сяпа – задумчивым молчуном.

К концу прогулки друзья так и не поняли, какой птичкой может быть Сяпа.

– Сяпа, а почему ты больше не хочешь быть кышем? Отчего ты решил стать птичкой?

Сяпа застенчиво прошептал:

– Понимаешь… сегодня ночью мне приснился сон, будто я летаю высоко-высоко над нашим холмом и вижу сверху рощу, ручей и ваши домики. А своего дома не вижу. Нет его, и всё тут. Вопрос: почему? Ответ: потому что я птичка.