Босоног

Что они там не поделили?

Но в этот момент мне было не до вопросов.

– Бежим? – спросила я Босонога.

– Нет, – сказал он. – Это для них дело обычное. Неправильным голосом что-то друг другу сказали и подрались. Подожди.

Он отпустил мою руку, сделал несколько шагов навстречу разбредающимся Динозаврам и запел:

Ударь по струнам, музыкант!

И пой красиво, птичка!

Ура! Ура! Очень весело мне!

Июль цветёт красотою своей —

Цветы! Д еревья! Трава!

И Динозавры пасутся мирно!

К ак хорошо, что весь этот мир

Был сделан Богом – хоть это секрет

И неизвестно точно, где Он теперь!

Ура! Ура! Очень весело мне!

Я стояла затаив дыхание и слушала это удивительное пение.

Все динозавры тоже остановились. А те двое, Стегозавр и Трицератопс, вдруг медленно поклонились друг другу – и потом спокойно разошлись в разные стороны. Один пошёл проверять кладку яиц, а другой – к озеру: ему очень захотелось пить (так сказал Босоног).

– А кто-нибудь ещё здесь живёт? – спросила я.

– У озера живёт стадо утконосых Уранозавров, они питаются только водорослями. И Тайнозух, но он почти невидимый (всегда прячется).

Из летучих – только Птерикс.

– А люди? Кто-нибудь тут изучает всех этих Динозавров?

– Нет! Здесь нет никаких людей! – строго сказал Босоног. – Динозавры не хотят, чтобы их изучали! Если их будут изучать, они сразу вымрут, понимаешь? И обещай, что никому не покажешь сюда дорогу.

Я попробовала вспомнить, как мы шли к Динозаврам, но не смогла и сказала об этом Босоногу.

– Вот и хорошо, – обрадовался он. – Пусть и у тебя будет хоть один какой-то секрет!

4

Сапоги

Потом мы – «так и быть» – снова пили чай у меня на кухне. Пряники действительно были мягкие.

– Бери ещё, ты ведь говоришь, вкусные.

– Да нет, это я так просто – из вежливости, – сказал Босоног. – Смотри, красный чайник Пафнутий учит белого свистеть!

– Только белый никогда не научится. Он ведь заварочный, – сказала я.

– А свист у него как у сильной змеи.

 – Босоног вдруг задумался.

Ты когда-нибудь освобождала змею?

– Нет!

– Почему?

– Не приходилось. Вообще не люблю иметь дело со змеями.

Он обиделся:

– Но ведь они же наши сёстры! Даже насекомые – наши братья и сёстры. Притом старшие, их ведь раньше сделали!

– А ты освобождал? – спросила я.

– Один раз. Она упала в узкую яму и запуталась.

– И что потом?

– Я позвал, и пришёл Распутывальщик змей. Он достал её, распутал, и они подружились.