Сага о розах. Книга первая

Внизу не было видно ни одного огонька, и это говорило о том, что людей в саду нет.

Затем я дотронулась до закреплённой на стене дома решётки. В зимнее время она смотрелась как украшение, а в летнее её густо покрывал заморский вьюнок, корни которого по осени заботливо выкапывались отцом и хранились им в специальной кладовой.

Да, наверное, родители совсем не подумали, что некогда их дочери приспособятся лазать по этому декору.

Стоит сказать, ругали нас такую шалость нещадно. Во всяком случае, меня.

Потому что до смерти мамы отец не дозволял мне свободно читать, а если спуститься по решётке, пройти вдоль стены и юркнуть между ней и зелёным ограждением, то можно было сразу оказаться у окна библиотеки. А я давным-давно усовершенствовала его раму так, чтобы без труда открывать её снаружи. Поэтому столь нетривиальная дорога была мне хорошо известна и привычна, хотя я уже как лет пять ходила за книгами как полагается. Но переодеваться мне было ещё ленивее, чем рискнуть упасть со второго этажа.

В общем, я благоразумно скинула пеньюар вниз (мало ли попадусь кому-нибудь на глаза?). А затем высунулась из окна наружу, уцепилась за решётку и повисла на ней. Весила я теперь больше, чем в детстве, а потому металл под руками задрожал. Я даже на миг испугалась и хотела было вернуться в комнату. Но затем поглядела на сиротливо валяющуюся на траве одежду и поползла. Так, нога ниже. Ухватиться левой рукой. Правой. Ещё на шажок ниже.

Скрип!

С ужасом я поняла, что в этом месте кронштейн отошёл от стены дома.

Решётку в начале будущей весны следовало не только наконец-то покрасить, но и отремонтировать.

«Снова расходы», – пробубнило нечто недовольно у меня в голове.

«Но заметь, они того стоят!» – горячо воскликнул инстинкт самосохранения, и я начала спускаться быстрее.

Наконец ноги коснулись земли. Я тут же с облегчением выдохнула, отряхнула от ржавой пыли руки и с тоской поглядела наверх. Потом ведь надо будет ещё подниматься, а это всегда сложнее.

Затем я наклонилась и, подняв пеньюар, начала по-быстрому одеваться. Вот только кушака нигде не оказалось.

– Где же ты? – тихо проворчала я, начиная рыскать пальцами по траве. В отличие от светлого пеньюара пояс был сделан из тёмно-синего шёлка. Мне его было просто?напросто не видно.

– Полагаю, вы это ищете.

Надменный голос кого-то из драконов заставил меня замереть, хотя поза для этого была крайне неподходящей. Я неподобающе стояла на четвереньках.