Бриг «Артемида»

– Гриша, там какой-то мальчик с санками позвонил у ворот, спрашивает тебя…

– А, это Грач! Я же говорил ему, пусть оставит у калитки!

– А он хочет что-то сказать тебе. Я впустила…

„Поломал небось“, – мелькнула сердитая мысль. Гриша выскочил в студеные сени, где горела в жестяном фонаре свечка. Холод цапнул его за голые лодыжки.

Ефимка смотрел насупленно, однако без боязни. И санки, кажется, были целы.

– Ну, чего? Накатались? – неловко сказал Гриша.

– Ага…

– Агейку не забижал?

– С чего бы это забижать мало?го? Мы с ним ладо?м… А я чего зашел-то! Агейка просил тебе отдать вот это.

Вроде как подарок… – Ефимка Грач выдернул из рукавицы ладонь, разжал пальцы. На вспотевшей ладошке Гриша увидел треугольный осколок, в котором отразилась свеча.

– Это чё?

– Стеклышко зеленое. Если днем глянешь в него вокруг, сразу будто не зима, а лето… Ну, для тебя это небось мусор, а для него целый клад. Он тебе его и послал. Как спасибо за санки, значит… Ты не выбрасывай…

Гриша с непонятным смущением взял осколок.

Глянул сквозь него на фонарь. Огонек свечи стал похожим на свежий березовый листик. И запахло, будто не капустой из кадки, а молодой травою…

– И впрямь как лето, – неизвестно чего стесняясь, проговорил Гриша. – Зачем это я стану выбрасывать, скажешь тоже… В него ежели почаще глядеть, то и впрямь тепло придет поскорее…

– Впрямь… – серьезно подтвердил Ефимка.

Гриша без прежней досады скользнул по нему глазами – от лохматой шапки до растоптанных пимов.

– А ты… это. Если хочешь, раздевайся, да айда к нам ужинать. Арина пирог сготовила с нельмой. И чаю с медом напьемся.

Гриша знал, что за столом Ефимку примут по-доброму. Не было еще случая, чтобы в доме у Максаровых косо смотрели на приведенного с улицы гостя.

Грач ответил степенно:

– Благодарствую. Только домой надо сию минуту, а то ох как достанется, что поздно. Бабка уши надерет. У нее пальцы костяные, как у Бабки-Яшки… Ну, бывай…

– Бывай… – сказал Гриша в спину Ефимке.

А вернее – морозному облаку, что влетело в сени, когда Ефимка пропал за дверью…

Гриша снова поглядел через стеклышко на свечу. „Листик…“ А рядом будто задышал еле слышно конопатый Агейка.

– Гриша, где ты там? – окликали его из комнат. – Простынешь ведь!..

…После ужина потянуло в сон. Оно и понятно – вон как намотались в логу среди снега, а после – сказочные картины да горячий чай с медом и калачом…

Но девочкам казалось, что спать еще не пора.