По ту сторону

Лепреконы по соседству начали дразнить Финна соней, Эоху над самым ухом жаловался, что тоже хочет спать, девочки-эльфийки, воспользовавшись моментом, перешептывались о своем.

Уткнувшись в книгу, Финн старался не обращать внимания на обидные шутки и ни на кого не смотреть, особенно в ту сторону, где сидела Уна. Он не смог бы в дополнение к имеющемуся позору пережить еще и ее насмешливый взгляд. Провалиться бы сквозь землю, прямиком к гномам!

Тем временем Хранитель, перестав буравить пристыженного Финна своим пытливым взглядом, усталой шаркающей походкой отправился на свое учительское место.

Он никогда не ругал свой класс за отсутствие дисциплины и позволял каждому высказаться, проявить себя, возможно, даже пошалить. Но стоило ему поднять руку вверх, как все тут же замолкали, как по волшебству. Вот и сейчас, удобно устроившись в своем кресле возле окна, Хранитель одним жестом призвал детей к тишине.

–Нет ничего зазорного во сне, мистер Арт Харви, как и в труде башмачника, – назидательно сказал он.

 – Сон восстанавливает силы организма, тем самым продлевая жизнь физическому телу. А результаты работы башмачника позволяют Вам в данный момент, раскачивая ногой под столом, хвастаться новыми ботинками.

Все повернулись к Арту, чтобы посмотреть на его ноги. Покраснев до макушки, тот постарался задвинуть ноги поглубже под стул.

– Все, что мы делаем или не делаем, имеют свою первопричину и последствия. Для всего находиться время, и для сна, и для учебы и для хвастовства.

Что касается Вас, мистер Финн, я настоятельно рекомендую Вам задержаться после занятий. Пожалуй, я знаю, как помочь Вам сосредоточиться на учебе.

«Заставит читать толстенные пыльные книги из истории сидов», – подумал Финн. А разве у него есть время на чтение? И что он скажет отцу, когда не вернется вовремя домой?

–Финн Форк! – повысил голос Хранитель и, схватив посох, который стоял в углу рядом с креслом, направил его в сторону Финна.

Сухая жердь чудесным образом удлинилась и принялась громко стучать по столу Финна.

В классе стояла мертвая тишина, все знали, что Хранитель сердиться.

–Какое первое правило моих занятий? – спросил тот напуганного Финна.

–Никакого внутреннего монолога, – голос Финна почти перешел в шёпот.

–Верно. Но почему?

–Потому что наше сознание должно быть открыто новой информации, развиваться, без предрассудков, страхов, чужих мнений и иллюзий, – уже смелее ответил Финн.