Пески. Дары джиннов

Говорила Тамиду, что больше не допущу, чтобы по моей вине гибли люди, но три тела, висящие на дворцовой стене, доказывают обратное, и ничего тут не поделаешь.

«Может, самонадеянная и себялюбивая девчонка из Пыль-Тропы не так уж и изменилась? Может, вернуться с ним домой было бы честнее?»

– За эту… в ответе, – буркнула я.

Спорить никто не стал: правда есть правда.

Сара обвела взглядом наши лица и продолжила рассказывать:

– Говорят, их выдал сосед. Пошёл во дворец и сказал, что братья сочувствуют мятежникам.

– А потом донёс, чтобы спасти собственную дочь, – договорил Жинь.

Сара хмуро кивнула:

– Братья догадались и забили его до смерти. Труп только что нашли.

У меня защемило сердце. Горе, месть, кровь… Кто-то должен был заплатить, если не султан.

– Он того и хочет, – усмехнулся Жинь, – чтобы друзья мятежников передрались между собой.

– А мы никак не можем помешать, – уныло пробормотала я.

– Ну так что, – заговорила Хала, – будем и дальше тупо наблюдать или исправим наконец твою ошибку? Пускай безутешный папаша забирает свою никому не нужную принцессу.

– Для него она очень даже нужная!

Я глянула на закрытую дверь, за которой Тамид в непервый раз пытался разговорить пленницу. Пока ничего не получалось, но он ещё надеялся. Притащил священные книги, взывая к религиозным чувствам… Глупо, на мой взгляд: она же, по сути, собственными руками убила бессмертного древнего! С другой стороны, что ещё остаётся?

– А зачем возвращать её живой? – хмыкнула золотокожая, и я резко повернулась к ней.

В комнате повисло напряжённое молчание.

«Нет, похоже, сказано всерьёз… Хала вообще редко шутит теперь, после смерти Имин».

– Не убивать же её, – растерянно поднял брови Жинь.

– Почему бы и нет? – Хала издевательски повторила его гримасу. – Может, потому, что Лейла твоя сестра? Да она с удовольствием прикончила бы нас всех! И султан не уточнял, живой её хочет получить или мёртвой.

– Думаю, живой, – сухо произнёс Жинь, – это подразумевается, когда речь идёт о заложниках.

– Мы, дети джиннов, понимаем всё буквально, – едко усмехнулась золотокожая. Близнецы, примостившиеся рядом на подоконнике, неловко переглянулись. – И вообще, не тебе это решать! – Она перевела взгляд с Жиня на меня.

Теперь на меня смотрели все. Я понимала, что Жинь ждёт моего решительного «нет», и всё же колебалась.

Султан хочет натравить на нас весь город.