Запрет на безумие

Покосившаяся вывеска ей ничего не сказала: если на ней и было что-то написано, то это «что-то» смыло временем, дождем, пустынным ветром, который, безусловно, здесь пробегал, превратив тем самым в тайну.

Лисандр пропустил Брину вперед.

– Тогда почему… – Она запнулась, так как к этому времени переступила порог, и, пораженная, застыла.

Перед ней раскрылся удивительный в своем одиночестве мир.

Прямо по центру встречавшего их холла к небесам уходила роскошная лестница: широкая у основания, к середине она сужалась, а к верху снова расширялась.

Покрыта она была тяжелой драпированной тканью, по крайней мере, так казалось Брине. Увесистые волнистые складки слоями ниспадали с невидимых под ними поручней, мятой простыней застилали ступени и плотным одеялом ложились на светлый пол.

Брина прошла глубже.

Лестница выглядела как белая монолитная скульптура на фоне выцветших малахитовых стен. Ей так и не удалось разобрать, ткань ниспадала с поручней или, действительно, покрывало выточено из камня: по лестнице ее не повели.

Лисандр завернул направо и завел ее…

…завел ее в еще более прекрасное место.

– Я хочу здесь жить, – пролепетала Брина, плетясь за быстрым, целеустремленным Лисандром.

Брина шла по большому, наверное, бальных размеров залу с высокими потолками и богато декорированными стенами. По площади зала были расставлены круглые столы, покрытые белыми полинявшими скатертями. Местами на скатертях лежали приборы: сдвоенные тарелки, золоченые ложки-вилки, треснутые бокалы.

У столов стояли стулья: в мягких бардовых обивках, красивые и изящные.

Стены были словно расписные: смесь бежевого и потемневшего золота, они имитировали квадратные колонны, украшенные утонченными цветочными капителями. В свою очередь, стилизованные под колонны стены сменялись зеркальными решетчатыми перегородками, создавая иллюзию дополнительных комнат, залов, пространств; их венчали арки из сложной лепнины. К слову, лепнина была здесь везде: на потолке, на стенах, на комодах, которые держали каменные бюсты.

Разве что на полу она отсутствовала: там лежал ковролин с изображением зеленых оливковых ветвей.

В попытках коснуться дивных салфеток, Брина приметила огромные картины. Их было две, одна напротив другой, изображающие дев на фоне природы. А третья овальной формы «лежала» на высоком узорчатом потолке.

Это был ресторан. У Лисандра был собственный ресторан. У них был собственный ресторан.

Брина прибывала в волшебном мире.