Ваня

Затем Женька уже удерживал меня, после того как за чай с нас денег попросили. По сто пятьдесят рублей! Да если бы я с каждого в деревне по пятачку за чай брал, так уже давно миллионером бы стал. А тут сто пятьдесят, ну совсем озверели.

Чай я выпил весь, хоть он и невкусный даже был.

– Хоть бы булочку какую положили, за такие деньги, – пробормотал Женька, выпив всю кружку за один глоток. – Куда здесь посуду-то грязную?

– Вон смотри, все прямо на столе бросают, – подсказал я, усмотрев поведение людей за соседним столиком.

– Ой поросята, – покачал головой Женька, – меня бы мать убила за такое.

– И не говори, – согласился я.

Затем мы увидели, как подошла молоденькая девчонка и начала убирать за ушедшими. До нас тут же дошло, что здесь для поддержания чистоты есть обслуживание. Вот такая вот мы темнота, ну да ничего, научимся.

Погрузка в самолёт прошла без приключений. Ну а что может случиться, пока ты быстро проходишь по небольшому коридору и сразу попадаешь в салон с креслами.

– Едрить твою растудыть, Жека, ну ты чего столбом встал, – подтолкнул я товарища.

А тот замер, будто леший корни пустил и стоит, ресницами хлопает, щёки розовые, только что слюни на пол не капают. Перед ним хрупкая девчонка, с огромными карими глазищами, ростом высокая, но худющая, одни гляделки и остались.

Кое-как оттащив товарища на наши места, я попытался привести его в чувство.

– Женька, блин, хватит слюни пускать, – растолкал я его в плечо, – ты в ней так дырку прожжёшь.

– Красавица какая, – растянул улыбку на все зубы тот. – Эх, женюсь, Ванька.

– Эй, да подожди ты так сразу-то, – я даже перепугался за друга и потрогал ему голову на предмет температуры. – Да ты посмотри, какая она тощая, поди, и хозяйка-то не очень.

– Это мы откормим, – отмахнулся он. – На своём, на домашнем быстро щёки порозовеют.

– Твоя правда, – согласился я. – Ну ты бы хоть познакомился вначале, узнал, пойдёт замуж-то, или откажет?

– Точно, – оживился тот, а я уже пожалел о своей шутке.

Но Женька оказался не так прост, как я о нём подумал. Уже через сорок минут, девчонка проходя мимо нашего места, улыбалась и опускала глаза к полу. А ещё через час, они уже мило щебетали в проходе у шторки, за которой то и дело исчезали другие стюардессы. А лететь нам примерно десять часов. Как бы не пришлось свадьбу прямо в салоне играть.

Но обошлось.