Карта жизни

(Далее был написан адрес, по которому проживала неизвестная дотоле госпожа Матильда Доллоуэй. Кстати говоря, жила она совершенно очевидно в другом городе или даже деревне. Кривоватые, выведенные впопыхах слова оканчивались загадочной заглавной «Т.» в конце). Мой милый Джонас, я знаю, что ты сильный и сможешь справиться со всеми трудностями, которые ожидают тебя на пути к счастью. Мы с отцом часто забывали о твоих недостатках и, что говорить, сами способствовали их проявлению. Однако, мой милый, я уверена, что у тебя доброе сердце и отважный дух.

Ведь ты – особенное дитя, таких рождает лишь искренняя и сильная любовь. В конверте находится наш с отцом тебе прощальный подарок – это кольцо, артефакт, который поможет отличить правду от лжи. Достаточно лишь посмотреть человеку в глаза, задать вопрос, а затем взглянуть на цвет камня. Если он окажется зеленым – человек говорит правду, синим – что-то утаивает, если же красным – остерегайся лжеца, помыслы его дурны и сам он человек насквозь фальшивый и лживый. Он может затевать против тебя нечто ужасное.

Прощай, сынок. Помни, мы с отцом тебя очень любим и будем наблюдать за тобой и на небесах. Уничтожь письмо, когда прочтешь».

Джонас достал из глубины конверта кольцо с прозрачным белым камнем, похожим на бриллиант, но более мутным. Его грани покрывали едва уловимые трещины, паутинкой расходились серыми тонкими нитями по всей поверхности.

– Они так пошутили, да? Решили наказать за дурное поведение? – глотая слезы, прошептал он, надевая кольцо на указательный палец.

 – Я почти поверил, Фер.

Тот грустно покачал головой.

– Увы, хозяин.

Кольцо приобрело чистый зелёный оттенок. Фер не врал ему. Это правда. Родители мертвы, а он, один, посреди какой-то Владыкой забытой местности… Без денег и дома… Сирота.

– Как… как это произошло? – грудь его вздымалась от бессилия, он изо всех сил боролся с желанием разрыдаться. Просто лечь на эту мокрую, пропитанную дождем землю и проваляться до рассвета.

Пока не иссякнут последние слезы.

– Я зашел в гостиную слишком поздно, – кучер рваным, ломаным жестом прижал к груди серый потрепанный цилиндр. – Хотел отвезти миссис Доллоуэй к портному. Но… увидел их там… хозяйка лежала на диване… У нее были широко распахнуты глаза. Я даже сначала не понял, что к чему. Уж поверьте, выглядела она живее всех живых! – кучер осекся, когда заметил побледневшее лицо Джонаса.