Ведьма Аглая

Посмотрев на расстроенное лицо шестиклассницы, Леха, немного смущаясь, поблагодарил ее. Помахал рукой и, пообещав позвонить, как только вернется в город, первым вышел из класса.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Сказка

Глава первая

Царство Салтана

Подождав, когда за Лехой закроется дверь, ведьма Аглая медленно провела ладонью по стеклу волшебного зеркальца. Изображение исчезло.

– Ненавижу мальчишек! – трогая пальцем царапины на носу, процедила она сквозь зубы. – И девчонок тоже.

А паче всех – художников! Нет, это ж надо было додуматься – рисовать меня без мово на то ведома! Ну, ладно бы такую, какая есть, не жалко. Так нет же, намалевал черт знает что с двумя царапины на носу. Не прощу! – Заключила ведьма Аглая и решительно подвинула к себе волшебное зеркальце.

Щелкнув по нему длинным кривым ногтем, приказала:

– А ну, покажи-ка мне, чего тут у нас творится!

В ответ отражение в зеркальце задрожало, зарябило. Потом сквозь дрожь и рябь проявилась площадь, запруженная людьми, одетыми, кто в тяжелые овчин-ные тулупы, кто в отороченные светлой каймой стеганые куртки, долгополые кафтаны и суконные сермяги…

– Видала уже, – сказала ведьма Аглая.

 – Дальше давай!

В ту же секунду изображение площади исчезло – появилась фигура князя Платона. Молодой князь в окружении важных бояр сидел рядом с пустым цар-ским престолом и слушал выступление невысокого сутулого человека.

– … стало быть, – заканчивал свою речь сутулый человек с тяжелой книгой в руке, – огласить имя нового царя можно токмо апосля изучения всей Степен-ной книги, дабы ненароком ошибки какой не учинить.

– Ты, дьяк , не юли, аки змея! – стукнул об пол посохом один из бояр. – Чем тебе не люб князь Платон? Отвечай прямо!

Дьяк согнулся в низком поклоне.

– Не серчай, Илья Васильич, – сказал он. – Токмо ведь, прежде чем принять решение, разобраться сперва надобно… Старый-то царь-батюшка, царство ему небесное, наследника нам, сиротам, не оставил, вот и выходит, что право на престол имеют все его потомки.

А их у нас, благодетель, почитай, не меньше дюжины наберется.

– Князя Бориса на царский венец! – встав во весь рост, гаркнул высокий молодой боярин. – Его род самый что ни на есть знатный!

– Брешешь, Митяйка! Как лисица, брешешь! – закричал на него боярин Илья Васильевич. – Самый знатный род, ведомо всем, князя Платона.