Веселые истории про Петрова и Васечкина

А она ко мне подходит, целует меня вот сюда, – он ткнул пальцем в щёку, – и говорит: «Дорогой, бедный Васенька!»

– Забудь об этом! – металлическим голосом сказала Танька. – ЭТОГО ты не дождёшься! Вот ЭТОГО никогда не будет! Понял? НИКОГДА! Пойдём, Лушка!

И разгневанная Танька удалилась, гоня перед собой козу.

Петров уныло смотрел ей вслед.

Корова Милка, щипавшая травку, подняла голову и тоже посмотрела вслед удалявшейся Таньке.

– Так-то, – упавшим голосом сказал Милке Петров.

 – Никто мне никогда не скажет: «Дорогой, бедный Васенька!»

И он глубоко вздохнул.

Корова Милка перевела свои большие грустные коровьи глаза с удалявшейся Таньки на лежащего Петрова. Что-то дрогнуло в её коровьей душе. Она подошла к Петрову, лизнула его в щёку и низким грудным голосом промычала:

– Дорогой, бедный Васенька!..

Комментарий Маши Старцевой

Петров всю жизнь, с самого детства, был… в общем, сами видите какой! И вообще, я в эту историю не верю. Коровы говорить не могут.

Комментарий Васечкина

А я верю! Петров никогда не врёт! Мало ли чего может быть! А Танька эта – дура!

Прогадал

Васечкин с Петровым шли по улице и ели мороженое. Они остановились около газетного стенда.

Блуждающий взгляд Петрова уткнулся в газету.

Неожиданно глаза его загорелись.

– Смотри-ка, Васечкин, – восторженно сказал Петров. – Вот и про меня наконец напечатали! А то всё везде ты да ты! Ну надо же, а?!

– Иди ты! – завистливо поразился Васечкин.

 – Почему это про тебя? А про меня? Где покажи! Дай поглядеть-то!

– Да не толкайся ты! Сам прочту! – осадил его Петров. – Вот, слушай! «За истёкший квартал автобусы нашего города перевезли 1 678 523 пассажира». Ну как? – торжествующе спросил он, покосившись на друга.

– Что «ну как»? – недоумённо переспросил Васечкин. – А где же здесь про тебя?

– Ну и балда же ты, Васечкин! – усмехнулся Петров. И снисходительно объяснил: – Я же в истёкшем квартале тоже ездил на автобусе.

Значит, это и про меня написано. Понял?

– Ага! – кивнул Васечкин. – Только это не просто про тебя. Это и про меня тоже! Я ведь тоже ездил на автобусе. В истёкшем квартале! Вот так-то!

И Васечкин довольно ухмыльнулся.

Петров задумался.

Что-то во всём этом было неправильное.

– А вот и нет! – наконец осенило его. – Про тебя здесь нету!

– Как это нету? – возмутился Васечкин. – Про тебя, значит, есть, а про меня нету.