Костяная корона

Он достал кусок плесневелого хлеба, испеченного из трав и, немного пожевав его, выплюнул в пожухлую траву.

– Она оставила там ребенка!? – Остарион приподнялся на локте. Новость его ошарашила. Каждый нобилилл сейчас на счету, нельзя, чтобы их отряд распадался на куски из—за чьей—то глупости!

– Да. Она побоялась того, что он умрет у нее на руках, и оставила. А потом промолвилась об этом или заметил кто, народ у нас остроглазый, – почти улыбнулся Кип, прожевывая болотный лист, но Остарион увидел, как напряжены были его мышцы.

 – Ну и гадость эта трава! – огорченно сказал он, снова выплевывая зелено—серый комок листа. – В Бездну, уж лучше голодать!

– Ребенка попробуй не заметить, – мрачно сказал Остарион, пропустив мимо ушей сетования Кипа на еду. Другой у них не было. – Они частенько орут, чтобы их заметили. Ладно, не нам теперь решать ее судьбу. Выберется – значит, боги ей благоволят. Не выберется – что ж, боги жестоки.

Через пару дней на земле стал проступать красный песок, который ветер занес еще давно, и сквозь него уже росли крепкие деревца.

Они были уже близко. Теперь даже старой паутины не было, ничего, что могло бы указать на пауков. Их здесь не было. Солнце уже вовсю освещало путь нобилиллов, а теплый ветер приятно согревал. Где—то распускались цветы, летали мелкие мошки, да и воздух был в разы лучше. Это был край Черного леса на границе с Красной пустыней – оттуда он казался обычным лесом, в котором можно поохотиться, но стоит немного пройти дальше, и охотник станет жертвой.

– Здесь сделаем привал. Гарн, Келл, разведайте, что впереди и возвращайтесь! – приказал Остарион и тяжело осел на траву. Они смогли. Он вывел их, он вывел свой народ. Лицо юного короля посвежело, на щеках появился румянец, по лицу стекали капли пота, он сильно устал, Остарион еле различал то, что было перед ним, но он был счастлив.

Народ засуетился, ставя котелки на только что разведенные костры, разбивая скоротечный лагерь. Остарион видел их усталые, но уже счастливые лица.

Из раненых никто больше не умер, все они словно отвернулись от смерти и медленными и неуверенными шагами возвращались к жизни. Он понимал, что нельзя было их бросать тогда, когда староста деревни указал ему на ворота. И он их и не бросил, хоть и собирался.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=69798373) на ЛитРес.