Ветер снимает шляпу

Медные машины-воронки, кричащие будто сломанные сирены, закрепили на кривой трубе. Те на лету хватали ветер, пережёвывали и выплёвывали от лавки подальше, до неузнаваемости изменив его направление (во всяком случае, так было написано в инструкции). На двери и окна лавки изобретатели повесили невидимые сети кулис. С приближением ветра они становились красными и мигали. И если бы вы взглянули на эти сети сквозь увеличительное стекло, то наверняка бы заметили в каждом сплетении алую собачью пасть, из которой вылетал такой прескверный лай, что ни одному ветру и не снилось.

Из-за всей этой странной истории с изобретениями жители городка тут же прозвали миссис Лайтрейн умалишённой. А кое-кто даже перестал с ней здороваться. Другие пугали её лавкой непослушных детей. Люди думали, что «всеми этими вертушками» престарелая хозяйка изгоняет привидений. Вот только их в лавке отродясь не было!

И лишь одна-единственная Джоди Глоу, однажды заглянувшая в «Амбрэллас тайм» в поисках зонта для своего батюшки, поняла – лучшего места для временной работы и размышлений о будущем ей не найти.

В лавке, как и в нескольких метрах от неё, никогда не дул ветер! Чтоб вы понимали: Джоди не кокетничала, она и правда его терпеть не могла.

– Джоди! Милая, вернись! – вновь позвала миссис Лайтрейн.

Но вместо ответа услышала торжественный звон серебряных колоколов Церкви За серым ильмом. Наверняка звонил сам отец Годфри Олдмен. А это значило, что он уже украсил свою обитель рождественским можжевеловым венком и зажег на нём первую, лиловостатную свечу.

И только миссис Лайтрейн торжественно перекрестилась, как вдруг дверь лавки неловко распахнулась и внутрь без приглашения влетел… ветер! Самый что ни на есть настоящий, только такой лёгкий и кроткий.

Миссис Лайтрейн сразу же поняла: или бедняга потерялся, или сошёл с ума.

– Эй, кто бы ты ни был! Убирайся вон! – прохрипела она. – Как ты прошёл сквозь ловушки?

И пока Он (да, это был именно Он) укрылся под грудой тёплых старых вещей, которые миссис Лайтрейн приготовила для нищих и обездоленных, та схватилась за первый попавшийся под руку зонт, раскрыла его и зазвенела спицами.

– Не прогоняйте меня, – прошептал Он, – я скоро и сам уйду!

– Откуда мне знать, что ты не притащишь за собой сотню других?! – нахмурилась хозяйка.

– О, вы понимаете по-ветренодождевому? – радостно воскликнул Он. – Я и не думал услышать ответ! – и Он резво выскочил из-под вязаных шарфов и свитеров, перевернув всю стопку сверху вниз.