Я ненавижу тебя! Дилогия – третья и четвертая книги

Ты же помнишь, мы разговаривали с тобой, я говорил, что тебе нужно просто привлечь внимание, не больше.

От наглой лжи Лисовского, Машин страх притупился, а обида вернулась с прежней силой, и не выдержав, она вновь громко начала выкрикивать обвинения:

– Ты бросил меня! Ты бросил меня совсем одну, когда я была в таком ужасном состоянии! Я испугалась, мне пришлось столько выслушать от него, столько отвратительных вещей! И ты даже не извинился передом мной. А затем, как какую-то вещь, осматривал. Будто другу дал поиграть, а потом проверял, не оставил ли друг царапин! Я человек! Я не вещь! Мной нельзя играть, меня нельзя продавать или покупать! Я человек слышишь! – захлебываясь от переизбытка чувств, затараторила она, стараясь вывернуть на Влада все свои накопившиеся эмоции.

– Маша, тебя никто не продавал никому! – перебил ее Влад, желая прервать поток обвинений, и прекратить весь этот балаган.

– Он сказал, что купит у тебя мой контракт! Он сказал, что купит меня! – Маша не выдержала и всхлипнула, чувствуя, что не в силах совладать с ситуацией.

– Нет, Маша, это он специально тебе говорил, все не так, неужели ты не понимаешь, что он просто играл с тобой, на твоих чувствах.

– Мария Николаевна, – вдруг вмешался Герман, и Маша перевела взгляд на него. – Владислава Викторовича специально задержали на аукционе, чтобы Солейко успел вас увести, а охранников, которые контролировали выход и должны были, если что, доставить вас домой, усыпили. Все что случилось, это был заговор, Влада чуть не убили там, на том аукционе, его предали, понимаете, он не виноват в том, что случилось с вами!

Маша с удивлением перевела взгляд на Лисовского.

– Это правда?

Влад бросил злой взгляд на Германа.

– Маша, какая разница, правда, это или нет, – тихо сказал он ей, – давай ты опустишь оружие, мы вернемся в дом и нормально поговорим. Ты же простудишься. На улице всего плюс десять градусов. Маша не глупи…

– Это правда? Тебя чуть не убили, а Солейко специально все это затеял? Он специально выкрал меня? И ты не собирался меня ему продавать? – опять повторила она свой вопрос, вглядываясь в лицо Влада и пытаясь понять, правду ей сейчас говорят или просто пытаются успокоить?

Влад невольно опустил свой взгляд, ему не хотелось, чтобы Маша все это узнала, это был его личный прокол, ему было стыдно за то, что случилось, а Герман все это рассказал.

– Правда?! – еще громче крикнула Маша, и все же опустила пистолет.