Плохие мальчики не влюбляются

Оу… В её взгляде – упрямое гневное пламя!

Ну красивая получилась девочка, чего уж. Кто бы мог подумать?

Швыряет полотенцем в мою сторону. Оно влажно шмякается о стекло и, потом, на пол.

Какого черта я пришёл-то? Не полюбоваться же?

Пульсирующая боль, о которой я забыл на мгновение, напоминает – зачем.

"Иди сюда! " – требовательно машу ей пальцами.

Неприличные и выразительный жест в мою сторону. Делает глоток воды, немного выливает на макушку, вода стекает, оставляя темные пятна на купальнике. И, отворачиваясь, снова изгибается в какой-то умопомрачительной инопланетянской позе.

«Очнись!» – даю себе мысленно по щеке.

Что поделать? Я падок на изящество.

Но как-то же надо щелкнуть ей в ответ? Иначе, в следующий раз она выстрелит мне в упор из дробовика.

Настойчиво и раздраженно стучу медным резным молоточком, висящим на двери.  Мама Динки открывает дверь. Не самая приятная дама, надо сказать. Немолодая, грузная, со стеклянным надменным взглядом и вечным недовольством на поплывшем, но отполированном косметикой лице.

– Даниэль? – изображая прохладное удивление путает меня с братом.

– Рафаэль, – поправляю я. – Здравствуйте, Зоя Леонидовна. Можно Дину?

Пытливо водит пальцами по массивному ожерелью на шее.

– Диночка занимается, – ледяная дежурная улыбка словно приклеена.

– Я вижу, но мне срочно.

– Мы не прерываем тренировок, Рафаэль, – категорично, но типа доброжелательно.

– Когда заканчивается её тренировка? – также прохладно и вежливо улыбаюсь я в ответ.

– Сегодня уже поздно, в десять. И… Она рано ложится спать. Что-то, может, передать?

Достаю из кармана пластиковый кубик, которым она мне выстрелила в лицо.

– Да. Она кое-что забыла у меня сегодня в комнате, – мстительно улыбаюсь я. – Передайте.

Отдаю кубик.

У её мамаши фрик-контрол за дочуркой. Раньше Динка бы грандиозно выхватила за любые движи с мальчиками. Надеюсь, ничего не изменилось, Кузнечик!

– Что? – ползут вверх филигранно нарисованные брови Зои Леонидовны.

– В моей, – бросаю взгляд на свои окна. – Рад, что вы вернулись, кстати.

Изображаю голливудскую улыбку со скабрезной ноткой.

– Диночка красавица! – блаженно зажмуриваюсь я. – Привет ей!

Машу Динке пальцами в окно.

Держись от меня подальше, шибанутая. Иначе, я так накручу твою мать, что она тебя в хиджаб упакует и на цепь прикует.

Дверь закрывается перед моим носом. Ух!

– Дина! – рявкает разъярённо Зоя Леонидовна.