Мнение Джереми Флинна

Понимая, что со стороны это наверняка выглядит глупо, я, тем не менее, глаз не мог отвести от пола, боясь, вдруг какая-нибудь из этих тварей (а их тут были сотни!) сбежала из своего аквариума, или в чём там их держат, и ползает теперь у меня под ногами, ожидая, когда ей выпадет случай вонзить свои отвратительные, загнутые, полные яда зубы в беззащитную полоску тела между туфлей и краешком штанины.

Кэтти, моя смелая глупая девочка, вела себя совершенно по-другому. Она здоровалась со змеями, как со старыми знакомыми, махая каждой рукой.

– Привет, Барби! Привет, мистер Хьюит!

О боже… Только ради тебя, моя дорогая, я способен зайти сюда лишний раз.

– Кэрол! – просипел я предательски выдавшим волнение голосом.

Кричать я не решился. Да, я в курсе, что змеи глухие, но… вибрации от звуковых колебаний теоретически они ведь могут улавливать, верно? Мне это надо?

На мой «крик» из-за уставленных змеиными боксами стеллажей выглянул высокий, худощавый мужчина в лабораторном халате.

Хорошо мне знакомый.

– Привет, Бад. Как твои дела? – поздоровался я с научным сотрудником, бывшим у Кэрол в подчинении.

Бад был зомби и работал тут ещё при жизни, начальником Кэрол, когда она только пришла студенткой. Сердечный приступ поменял их рабочими местами. Так зачастую бывало и в других профессиях, сопряжённых с опасностью нанести себе или окружающим какой-либо вред. Неразумно доверять ресургентам обязанности той же сложности, что и при жизни, – я с этим совершенно согласен.

Не знаю, что по этому поводу думал именно Бад, но большинство зомби, конечно же, считали это очередной дискриминацией.

В серпентарии, впрочем, зомбакам было самое место. Укусы змей им были вообще до лампочки, Кэрол когда-то рассказывала. Змеиные яды, в целом, двух видов: одни растворяют ткани, разрушая клетки крови и делая из них удобный для переваривания «суп», другие, нейролептические, вызывают паралич дыхательных мышц, наступающий тем быстрее, чем стремительнее кровь разнесёт яд по организму.

Крови же в нашем понимании у зомбаков нет вообще, вместо неё у них слабощелочной раствор. И кровотока как такового тоже не существует, сердце не бьётся и не переносит по телу ничего. Вот и выходит, что зубы змеи им не страшнее канцелярского дырокола. Две дырки, вот и весь вред.

– Ещё ползаю, – ответил Бад. – Кэрол в лаборатории, Джей. Проходи.