Год свирепого цыпленка

– Они мерзко орали, – проворчала Изабелла.

– А ты не слышала, малявка, так и не говори! Укушу! – накинулась на нее Магнолия. – У тебя музыкального слуха нет! Птеродактили сладостно пели!

– Еще скажите – сладостно благоухали, – заметила Изабелла.

– Нет, этого я не скажу, – с достоинством возразила Магнолия. – Чего не было, того не было. Ихтиозавры резвились в изумрудных волнах, а тираннозавр… о-о-о, это невозможно забыть! Какая осанка! Какой прикус! И тогда…

Тут опять раздалось «Бом-бом-бом-бом» и опять двенадцать раз.

– Полночь бьет, – опять сказала Изабелла.

– Как, второй раз? – удивился цыпленок.

– А что? На всякий случай, вдруг в первый раз кто-то не услышал. Смотри, маленькое бумажное существо, смотри – в библиотеке в полночь не скучно, хи-хи…

И цыпленок увидел, как из-за стеллажа с писателями на букву «Л» выдвинулось совсем потрясающее создание. Это безусловно была крыса, но какая! Еще больше Магнолии, абсолютно седая и холеная, шерсть расчесана волосок к волоску, голый хвост блестит, как лакированный, зубы отливают золотом и перламутром.

– Это бабушка Изида, – шепотом пояснила Вечная Изабелла. – Она присутствовала при образовании нашей Вселенной. И, говорят, даже принимала активное участие в процессе.

– Добрый вечер, дорогие телезрители, – пробормотал цыпленок.

Седая крыса не удостоила его ответом.

– Она говорит только по-древнеегипетски, – сказала Вечная Изабелла.

– Какая пышная шерстка! – похвалил цыпленок.

– Это парик, – еще тише прошептала Изабелла. – То есть искусственная шерсть, синтетика. Бабушка давно облысела напрочь.

– А как блестит хвост! – сказал цыпленок.

– Он покрыт лаком АС-405МВ – последняя разработка оборонной промышленности, – сообщила Изабелла. – Предохраняет от воздействия атмосферных осадков и придает естественный блеск и живость.

– А зубы какие большие! – поежился цыпленок.

– Протезы, – пояснила Изабелла. – Металлокерамика. Покрытие – перламутр с острова Бали, а золото наше, местное, из Березовского.

Величественная древняя крыса, сверкая перламутровыми зубами, не помещающимися во рту, проследовала через всю комнату и скрылась за дверьми в старший абонемент. Цыпленок почувствовал, что очень устал.

– А третья полночь будет? – спросил он. – Еще кто-нибудь выйдет? А то я засну и пропущу интересное.