Граф Дырокола

Паспортный контроль одолели вполне прилично (разумеется под воздействием волшебного взгляда) и даже быстро, вот только двойняшки испытали некоторое смятение во время применения очередной порции гипноза – в определенной степени ответственность лежала на их плечах. Но оба успокаивали свою совесть тем, что отныне их новый друг начнет постигать новую реальность, а вместе с ней и перевоспитываться.

Горан же пока ничего такого не предвидел, его занимала величина помещения терминала. Уж насколько высок был свод стеклянного замка на его родной земле, но с этим дворцом, ни в какое сравнение не шел.

У круговой конвейерной ленты возник новый комический эпизод: Ладка проворонила свою сумку и Горан, как верный рыцарь, вскочив прямиком на движущееся полотно и тут же потеряв равновесие, упал и ползком да перекатами – что со стороны смотрелось чересчур смехотворно – добрался-таки до поклажи, прежде чем та нырнула в отверстие стены.

Наконец ребята через стеклянные двери вышли на улицу.

Так странно, вокруг стояла ночь, но обилие осветительных приборов на здании терминала и вокруг него умаляли темень до вечернего полумрака. И пусть всё вокруг казалось таким же, как и в предыдущем аэропорту, Горан вдруг остро ощутил тоску. Здесь ветер пах иначе, земля дышала по-другому, ночь звала его не так, как в родных горах. Здесь он впервые осознал себя чужаком и… испугался этого знания.

– Мы с тобой, Гор. Вперед, домой! – весело озвучил за всех Миша Солнцев.

Он легонько похлопал по плечу юношу с длинными темными волосами, точно кровь, которая их объединила, поведала на интуитивном уровне о страхе вампира.

Горан пробежался взглядом по лицам новых друзей, спокойных и довольных возвращением, уверенных и честных. И страх ушёл. Его место заняла вера, что однажды на этой новой земле ветер запахнет, как в Валахии, земля уподобится трансильванским горам, а ночь признает его, как старого знакомца.

Новая легенда

Граф Дырокола знакомится с новой семьей

По дороге из аэропорта Горан казался отрешенным.

Ни жизнерадостная трескотня Гоши, ни учительские вставки Млады не касались его слуха, даже встревоженные взгляды Миши, бросаемые на него украдкой и прямо, обтекали и уходили куда-то во вселенную. Если бы юный вампир мог сформулировать вакуум, который разрастался внутри него, то единственным верным словом оказалось «лишний».