Даниэль Львов. Мальчик, обреченный спасти Айяк

Эти звуки, издает Хотус, – он, видно, почувствовал мое приближение и приветствует нас.

– Славное приветствие, – Даниэль не выпускал руку друга.

– Поверь, тебе нечего бояться, – заверил Кристик.

– А я разве боюсь?

– Судя, по боли в моей руке – да.

– Ой, прости, – Даниэль ослабил хватку, но руку все же, не отпустил.

В конце очередного коридора вновь замаячил огонек.

– Мы почти на месте, собери всю свою смелость, – предупредил Кристик.

– Постараюсь.

Мальчики миновали еще одного мужчину, поприветствовавшего их, и оказались перед прочной решеткой.

Даниэль понял, что голос, который так напугал его, исходил именно отсюда. Но теперь что-то, находящееся за решеткой, уже не издавало жутких звуков, а будто бы мурлыкало. Кристик зажег карманный фонарик и осветил клетку.

Глазам Даниэля предстала ужасающая картина: из темноты выступило животное чудовищных размеров, облик которого уже был немного знаком ему. И это чудовище направлялось прямо к мальчикам. Увидеть зверя на самом деле, было не тем же самым, что увидеть его на каменной картинке или дверной ручке.

Не смея оторвать взгляда от чудовища, Даниэль одновременно испытывал и страх, и восхищение.

Кристик же, тем временем, просунул руку через решетку и начал ласково подзывать зверя к себе. Огромные пушистые лапы ступали абсолютно беззвучно. Длинная шерсть, свисавшая со спины, покачивалась в такт тонкому хвосту, кончик которого был увенчан чем-то похожим на острее стрелы. За огромной собачьей мордой, торчала во все стороны шиповидная грива.

Зверь бросил на Даниэля взгляд, заставивший мальчика поежиться и, подойдя вплотную к решетке, лизнул, руку Кристика, синеватым языком. Зверь был так велик, что хозяин едва доходил ему до носа.

– Ну, как ты поживаешь? – спросил Кристик с нежностью.

– Ур-р… – ответило животное.

– Значит, все отлично. Только, ты, малыш, наверное, совсем истосковался по воле.

– «Ничего себе, малыш» – подумал Даниэль, но не стал озвучивать свои мысли, боясь задеть чувства животного.

– Потерпи еще немного, – продолжал Кристик, гладя своего питомца по морде.

 – Как только мой отец займет трон, мы с тобой станем вольными птицами – все поля, луга и горы будут нашими.

– Ур-р… – опять ответил «малыш», не отрывая теплого взгляда от хозяина.

Кристик повернулся к Даниэлю.

– Не хочешь его погладить?

– Н-нет, – голос Даниэля дрогнул.

– Да ты не бойся, только смотри ему прямо в глаза, и как можно дружелюбнее. Ты со мной, а моих друзей он не трогает.